В.П.Тыщенко, В.В.Гуленко "Юнг в школе"

СОДЕРЖАНИЕ

Часть I
1. Соционический подход к проблемам школы
2. Типы
3. Некоторые технические приемы организации учебного процесса
4. Особенности профильного обучения
5. Элементарный социоанализ класса

Часть II

ПРЕДИСЛОВИЕ

Эта совершенно необычная книга двух авторов — В. В. Гуленко и В. П. Тыщенко — родилась в результате многочисленных дискуссии на тему новейших перспектив развития соционики, а также из проводившихся ими практических семинаров и тренингов для педагогов и школьников. Стиль ее своеобразен. Это сочетание иррационального (В. П. Тыщенко — Искатель) и рационального (В. В. Гуленко — Аналитик) стилей мышления. Читая книгу, можно воочию пронаблюдать, как по-разному мыслят люди об одном и том же. Вся информация пособия, как говорится, с пылу, с жару, это новейшие разработки, существовавшие до этого в виде разрозненного материала на дискетах, в записях тренингов, в разговорах. Перефразируя японцев, мы развиваемся, развивая соционику. Присоединяйтесь!

часть первая

ТИПЫ

Научить нельзя, можно только на учиться. Хочешь научиться — учу Учись тому, для чего ты рожден, о чего ты не будешь уставать.

ОБРАЩЕНИЕ К ЧИТАТЕЛЯМ (Искатель)

Среди работ по соционике до сих пор не было пособия, специально ориентированного на потребности педагогики и педагогической психологии. Мы предлагаем такое пособие. Роль педагога мы рассматриваем как всеобщую: каждый человек в любом возрасте вынужден учить и воспитывать себя и других. Педагогическая соционика есть прикладная философия. Что вам даст предлагаемое пособие?

ЕСЛИ ТЕБЕ 16 ЛЕТ. В „Комсомольской правде" 19 октября 1974 г. было опубликовано письмо москвича Алика, 16 лет:

«Я курю, чтобы считаться взрослым. А вот одеваемся мы так, чтобы не быть на них похожими — усталых, часто небрежно одетых, с авоськами.

...Знаете, что меня пугает: неужели через несколько лет мы будем нестись по улице с портфелями по скучным, будничным делам, никого не замечать и одеты будем кое-как?.. У одного служба будет самое главное в жизни, у другого — семья и телевизор, а кто у пивной облокотится на час толковать с такими же, как он? (Сегодня Алику уже под сорок. Теперь его сын терзается вопросом: неужели я стану похожим на него?! — Авт.)

...И вот еще в чем я не могу разобраться. Мы отличаемся от других своей манерой одеваться, но при этом как две капли воды похожи друг на друга. Одни и те же диски слушаем, одинаковыми словами выражаем свой восторг или неприязнь, одни и те же слова говорим девчонкам, одинаково не любим шпану и с насмешкой относимся к отличникам. (Сегодняшний шестнадцатилетний, прочтя это, сказал бы: „У них, наверное, выбора не было, а у нас у каждого своя любимая группа". — И этого достаточно? М-да... — Авт.)

...Конечно, кто в шестнадцать лет не мечтает стать личностью? Правда, что это такое, никто не знает.

...Пусть надо мною смеются друзья, но я втайне уважаю некоторых ребят, которые плевать хотели на моду, на разные правила и влияния. Протягивают ему пачку сигарет, а он говорит:

„Не курю", — и при этом не краснеет. Эти ребята меня озадачивают: откуда в них независимость? Вот это уже, по-моему, точно будет личность.

...Как стать личностью?».

Ответом может служить название одной из соционических книг:

„Делай то, для чего ты рожден" [5]. Узнать, для чего ты рожден, тебе поможет это пособие. Делать то, для чего ты рожден, никто не сможет за тебя.

ЕСЛИ ВЫ ШКОЛЬНЫЙ ПЕДАГОГ. Среди нас, педагогов, имеются два случая. Либо вы ас, которому удается загрузить работой каждого учащегося на весь урок, семинар, лекцию (а таких считанные единицы на сотню, а то и на тысячу), либо вы хотели бы научиться это делать, но не знаете, как. Последним мы предложим эффективную технологию организации взаимо- и самообразования учащихся на любом уроке, лекции и семинаре. Но и первые обнаружат в учениках и в себе, что имеются неиспользованные резервы, многократно превышающие использованные возможности. У них откроется второе дыхание, к ним придет вторая педагогическая молодость.

ЕСЛИ ВЫ АДМИНИСТРАТОР, ДИРЕКТОР ШКОЛЫ ИЛИ ЗАВУЧ, ИНСПЕКТОР ИЛИ ЗАВУНО (районного, городского уровня и т. д.). Вы решили осуществить в вашей школе соционическую инновацию. Нашли деньги, чтобы оплатить пятидневный семинар. Первое, что вам нужно знать, — инновационная кривая. Соционическую инновацию первыми подхватят человека три из ста. Будь то сто учащихся, сто учителей или сто директоров. Они увлекут еще дюжину. Дюжина вовлечет первую треть. Первая треть — вторую треть. И наконец, подключится последняя дюжина. После семинара вам нужно продумать систему таких заданий учителям, которые трудно решить без соционического ликбеза. Им займутся те, кто находится в первой половине нашей кривой.

ЕСЛИ ВЫ РОДИТЕЛЬ. Поддержите интерес к соционике вашего ребенка, постарайтесь увлечь соционической игрой родных и знакомых. Пытайтесь за каждым недостатком сына, дочери, мужа, снохи, зятя, свекрови, начальника искать достоинство, продолжением которого этот недостаток является. В трудных случаях подыскивайте третьего, например, дуала вашего сына или вашей дочери.

ЕСЛИ ВЫ УЧЕНИЦА ИЛИ УЧЕНИК. Попытайтесь соционически описать ваши проблемы с дружбой и любовью, постарайтесь понять свои ошибки и придумать способы их учитывать и не повторять. Начинайте нащупывать то дело, от которого вы всю жизнь не будете уставать. Пробуйте себя в различных группах и в различных ролях.

Научитесь распознавать роли-доноры (они поднимают вашу энергетику) и роли-вампиры (истощающие вас). Учитесь, уча.

ЕСЛИ ВЫ БАБУШКА ИЛИ ДЕДУШКА. Говорят, что первый ребенок — последняя кукла, первый внук — первый ребенок. Нередко молодые родители недостаточно умеют любить, а вы любите внуков чрезмерно. Нужно научиться любить зряче, умно и в меру. Книга поможет вам в этом, общение с внуками — омолодит. (Один из нас — дедушка трех внуков и двух внучек.)

ЕСЛИ ВЫ ПРЕПОДАВАТЕЛЬ ПСИХОЛОГИИ, ПЕДАГОГИКИ, ФИЛОСОФИИ, МАТЕМАТИКИ (и т. д.) в вузе. Ваше предубеждение против „очередной моды", „прокрустова ложа из шестнадцати клеток" оправдано тем, что наиболее распространена коммерческая соционика, за которую хватаются дилетанты. Но разве мало дилетантов от психологии, педагогики и философии? Нельзя судить о Юнге и неоюнгианстве по дилетантам, торгующим легендами и мифами соционики.

Предлагаемая книга представляет собой пособие, которое рассчитано, с одной стороны, на неофитов соционики — на тех учителей, учеников, родителей, администраторов, преподавателей педучилищ и педуниверситетов, которые заинтересовались соционикой (шире — неоюнгианством или же самим Юнгом), с другой стороны, на тех, кто уже знаком с основами соционики, имеет некоторый практический опыт и именно поэтому записался на семинар по соционике образования. Их основные мотивы: разобраться в отношениях различных соционических школ и авторов в нашей стране, сопоставить отечественную сайентистскую МТ-соционику с американским гуманитарно-художественным NF-Typewatching, ознакомиться с современным состоянием неоюнгианства, от которого имеющиеся на книжном рынке публикации значительно отстают, а теория, мастерство и практика этой отрасли развиваются стремительно. И это касается не только периферии соционики, но самих ее основ, уже накопившихся мифов и догм. Мы предлагаем, так сказать, „вести с переднего края" соционики.

Глава 1

СОЦИОНИЧЕСКИЙ ПОДХОД К ПРОБЛЕМАМ ШКОЛЫ 
(Искатель)

Зачем дипломированному педагогу и психологу соционика? Почему они относятся к ней настороженно? На эти вопросы отвечает Дон Кихот — Искатель, с четырехлетним опытом использования соционики в Педагогическом университете и Институте повышения квалификации (философов).

Одна из участниц семинара по соционике для педагогов так ответила на мой вопрос, почему она пришла на семинар:

— Я завуч. Когда школа начала меняться и трещать, мы все почувствовали, что психология нужна. Предметами и методиками мы как-то владеем, спасибо институту. А вот психология детей и родителей ставит в тупик. Бросились доучиваться. Еще недавно психологические курсы были популярны. Потом мы поостыли. Эта нынешняя психология сейчас, конечно, гораздо разнообразнее и интереснее, чем во времена нашей учебы: множество тестов, тренинга, нейролингвистическое программирование, школьный конвейер, Фрейд, Роджерс, Маслоу, Айзенк, Эриксон, Сатир, Берн — пугающий разнобой после былого „единомыслия". В школах начинают работать психологи, есть к кому направлять трудных учеников и их родителей. Но эйфория миновала. Психологи зарываются вглубь, а мне нужно видеть в целом: ученика, класс, параллель, школу. Я и без них тонула в информации, с ними тем более. А вот соционика помогает овладеть ситуацией, которая вышла из-под контроля.

— Понимаю. Щедровицкий это состояние называл, вспоминая игру в волейбол, „держать площадку": играть за себя и за каждого члена команды, чтобы в случае необходимости подстраховать.

— С соционикой я познакомилась раньше. Она помогает работать с классом в целом и понимать своеобразие каждого ученика. Я как бы провела аэрофотосъемку, и теперь, не теряя больше из виду леса, могу опять с психологами изучать отдельные деревья, докапываться до корней отдельных болезней. Соционика сначала заменила собою психологию, а сейчас вернула к ней интерес. Я теперь не боюсь утонуть ни в психологических методиках и тестах, ни в практической текучке. А на семинар пришла потому, что поняла — соционика обманчиво проста. У меня накопилось много вопросов. К тому же она очень быстро развивается. Самоучке не угнаться.

Рассмотрим несколько проблем, с решения которых можно начинать соционическую инновацию.

ПРОБЛЕМА БОРЬБЫ С РАСТРАТОЙ ВРЕМЕНИ

Ученики и студенты устают не только и не столько от перегрузки учением, сколько от организованного безделья: у доски отвечает один, остальные либо через силу вслушиваются, либо убивают время. Лучшим способом занять всех считается письменная работа. Но одни фактически бездельничают потому, что для них работа непосильна, другие — потому, что слишком легка. Время — специфический и невозобновимый ресурс. Но сколько мы теряем впустую минут, часов, дней, лет(!), забывая, что жить придется не дважды — сначала начерно, потом набело, — а единожды.

Итак, начало: долой праздность — мать всех пороков. Где искать праздность? На уроках. Это более чем в 90 % случаев организованное безделье большинства учащихся. Об этом знают все, но считают неизбежностью при массовом обучении. Привычка скрывает масштабы бедствия. Поэтому полезен шок.

Организуйте взаимопосещение уроков и хронометраж (для этого полезно почитать роман Д. Гранина „Эта странная жизнь" о Любищеве, там же можно найти и технику хронометража). Пока учитель работает с одним или с несколькими, остальным делать нечего. Но дети не могут ничего не делать. Праздность — могущественная и постоянно действующая воспитательница. А учительнице вечно недостает часов. Эту дырявую бочку наполнить — никакой сетки часов не хватит. Все равно праздность сожрет большую часть добавленных часов. Уменьшить численность класса до семи человек? Госбюджет не выдержит. А кроме того, все равно: учитель будет одному показывать, как завязывать узелок на нитке (урок труда), трое будут стоять в очереди, четвертый смотреть в окно, пятый вышивать, шестой с седьмым играть в хоккей. „Мне же не разорваться, а узелки завязывать еще никто не умеет", — скажет учительница.

К обсуждению вывесим лозунги.

1. Праздность — мать всех пороков.

2. Научить нельзя, можно только научиться.

3. Хочешь научиться — учи. Разбивайтесь на пары, тройки, четверки, пятерки, чтобы поочередно учить друг друга.

4. Все, что человек умеет делать самостоятельно (зона актуального развития), сначала он умел делать только с чужой помощью (зона ближайшего развития).

Обсудите уроки учителей во всех классах с точки зрения темы „Взаимообучение против безделья". И вы увидите тех, с кем можно начинать кампанию „Соционика против безделья на уроках". Остальных успокойте: никто вам соционику не навязывает. Попытайтесь всех занять собственными силами и способами. А потом сравните результаты. Но дверь для вас открыта. Приходите в нашу столовую, когда захочется поесть. Законы педагогики детей и педагогики учителей здесь одни и те же.

Но как перенести центр тяжести на взаимообучение, как от взаимообучения перейти к самообучению, от него — к самовоспитанию, короче — к самообразованию? Дети перестанут скучать на уроке и наедине с собою. Саморазвитие — это так увлекательно, такой кайф. Почему же так мало увлеченных? Потому что неизвестно, с чего начать, какими средствами пользоваться, по каким ступеням подниматься.

И на эти вопросы ответ давно известен: учитель должен работать не с несколькими десятками учеников в классе (это превышает объем его оперативной памяти, число Миллера „семь плюс/минус два"), а с несколькими малыми группами. Коменский их называл декуриями, и работу с ними вели декурионы из числа самих учащихся. Дайте каждой группе задание на весь урок. Тогда ваша работа с той группой, у которой случилась остановка, не будет означать безделья остальных групп.

Группы может формировать сам учитель, они могут складываться и стихийно. Одни оказываются жизнеспособными, другие разваливаются. Правда, учитель скорее всего разобьет учащихся на такие группы: двоечники-троечники, четверочники, пятерочники. Это мало поможет ему самому и повредит учащимся: одним не за кем тянуться, другим некого тянуть (уж лучше тогда их разбить на блондинов, шатенов и брюнетов). Это механические совокупности, а не группы. Это „учительские" группы — для удобства учителя, не знающего, что такое взаимообучение, и не верящего в его возможность. Посетив урок, вы можете построить типологию учителей: одни работают только на слабых, другие только на средних, третьи только на сильных, у четвертых работа не получается ни с кем, у пятых, напротив, все работают и развиваются. Группы возникают там, где есть общая цель, распределение ролей в процессе ее достижения. „Учительские" группы однообразны. Жизнеспособные группы детей должны быть по своему составу достаточно разнообразными (у Макаренко они были разновозрастными). Это должны быть группы, в которых взаимообучение и взаимовоспитание переходят в самообразование. Тогда учитель — дирижер и консультант. Его цель упрощается — видеть, в каких группах появилось безделье, и выяснять, что случилось: цель утеряна, средств нет? Почему в одних группах воцарилось заразительное воодушевление, а в других накапливается мрачное раздражение и усталость, перерастающие в веселое хулиганство?

Вот теперь возник тот голод, который может утолить соционик. Он скажет: „Давайте подумаем, почему группа развалилась". Известно, что одноименные заряды отталкиваются. Хуже всего, если в группе собрались холерики. Плохо, если слишком чувствительные меланхолики. Возможно, в группу вошли несовместимые темпераменты: сангвиники с флегматиками или холерики с меланхоликами. Возможно, в группе собрались визуал, вербал, кинестетик и тактилик. Одному надо потрогать, другому в руках повертеть, третьему — нарисовать мысленную картинку того, что скрыто, четвертому — сформулировать правило (сам учитель, скорее всего, из этих). Один способен думать только вслух и немедленно, пока запал не пропал. Другому нужно дать время подумать, может быть, даже не на этом уроке. Возможно, в группе кольцо ревизии: рак-Инспектор ревизует щуку-Политика (пришел — увидел — победил, авантюрист этакий!), а тот, в свою очередь, ревизует лебедя-Гуманиста с его бесстрастным лицом. Между тем, сами-то учителя страсть как не любят ревизоров. Почему их должны любить дети? Возможно, вы давали задачи научного типа не только будущим ученым, но также будущим поэтам, технарям, коммерсантам. Им надо предлагать эти задачи на самом простом уровне, который скучен будущим ученым.

ПРОБЛЕМА ОБЩЕНИЯ УЧАЩЕГОСЯ С КНИГОЙ И ЕЕ АВТОРОМ

Все мы читатели: от первоклассника до пенсионера. Все мы знаем, что отношения с авторами и персонажами складываются, как и в жизни: кроме общей табели о рангах авторов есть личные симпатии и антипатии. Иногда они связаны с моей читательской неразвитостью, но часто — с межтипными отношениями. Начало соционической грамотности в общении с авторами — умение различать Двойников и Собеседников (различение предложил Ухтомский, размышляя над романами Достоевского [48]).

Приведу пример из собственного опыта. Я прихожу в первый раз на поток с лекцией и в группы, составляющие этот поток, с семинарами по философии. Даю задание на год: подберите себе трех философов так, чтобы они представляли Европу, Азию, Евразию (древности, средних веков, нового времени). Так как вы интуитивно подбираете себе чаще всего своих Двойников, постарайтесь, чтобы хотя бы один из них был вашим Дополнением (Дуалом, Собеседником). Будущий экзамен — это беседа о том, что вы у собеседников искали и что нашли для осмысления своих проблем.

— А как распознать, кто Двойник, кто Дуал?

— Труднее всего распознать себя. Сократ считал этот вопрос основным в философии. Попробуем. Кто хочет определить свой тип? Вы? Ответьте на два вопроса. Первый: в человеческих поступках что для вас понятнее и важнее — чего человек хотел или что на самом деле получилось? Второе? Значит, есть вероятность, что вы не этик, а логик. А может быть, кажетесь себе и другим логиком. Или занимаетесь логикой потому, что этики страсть как любят наводить порядок в логике (пример — Аристотель). А логики — в этике. Второй вопрос: вы увереннее ориентируетесь здесь и сейчас в том, что видимо, осязаемо, или вас больше влечет невидимое (прошлое, будущее, скрытое, духовное, небесное)? Второе? Есть вероятность, что вы не сенсорик, а интуит, или кажетесь себе интуитом. Уже. ваши ответы на эти первые два из четырех основных юнговских вопросов позволят начать распознание себя и своих философов-собеседников. Именно НАЧАТЬ. Продолжаться это будет всю жизнь.

Из четырех возможных сочетаний функций — 1) сенсорика и логика, 2) сенсорика и этика, 3) интуиция и логика, 4) интуиция и этика — вы выбрали третье. Проверим ваш выбор. Четыре сочетания — это четыре типа профессий: 1) управленцы (менеджеры и инженеры), 2) социалы (область отношении человек — человек), 3) ученые, 4) гуманитарии, художники. Если вам предложат выбирать одну из этих четырех профессиональных групп (условимся дальше именовать их клубами), какую бы вы выбрали? Науку? Ну что же, этот клуб как раз и составляют четыре варианта сочетания интуиции и логики. Значит, пока гипотеза принимается. Теперь я могу на ваш вопрос, как распознавать Дуалов и Двойников, начать отвечать. Итак, вашими сильными, рабочими, так сказать, функциями являются интуиция и логика. Они преобладают и условно приближаются более чем к 60 % расхода времени и сил. Остальным функциям отводится менее 40 % — это сенсорика и этика. В простых ситуациях вы вполне можете пользоваться своими сенсорикой и этикой. Но в сложных они вас либо подведут, либо истощат. В трудных ситуациях надо использовать свои сенсорику и этику не для деятельности, а для общения с теми, у кого они занимают более 60 % времени и сил.

— А разве нельзя развить до одного уровня все четыре функции?

— Можно, но какой ценой и зачем? Есть два противоположных способа сбора информации — сенсорный и интуитивный. Есть два способа принятия решений — логический и этический. Если их включать поочередно, они дополняют друг друга. Два дополняющие друг друга специалиста сработают лучше двух середнячков-универсалов". У середнячков противоположные функции ТОРМОЗЯТ друг друга, у специалистов — ДОПОЛНЯЮТ. Как только середнячок переходит от системы 50:50 к системе 62:38, он удивляет сам себя: его результаты растут, и он оказывается более нужен людям, чем раньше. Система 50:50 есть двенадцатипроцентная перегрузка слабых функций и такая же недогрузка сильных. Кроме того, такой человек подобен ослу Буридана, который умер от голода, не зная, какую из охапок сена, находящихся на равных расстояниях от него, предпочесть. Не будьте середнячками — это псевдоуниверсальность. Настоящая универсальность — это универсальность дружеских, творческих, супружеских пар, образованных по принципу „противоположности сходятся". Пары — только начало. Из них возникают триады, квадрады, пятерки, восьмерки и т. д.

Но ученые могут быть экстравертами или интровертами, рационалами или иррационалами. Четыре разновидности — четыре темперамента. Между ними образуется такая эстафета переработки информации: от напористого холерика через гибкого сангвиника и чувствительного меланхолика к устойчивому флегматику. Какое место в этой эстафете вы бы себе выбрали? Устойчивого флегматика. Проверим, обратившись к третьему и четвертому юнговским вопросам: план и режим вам скорее помогают, чем мешают? Скорее помогают. А каким бы из двух рисунков вы себя изобразили: энергетические стрелки наружу или стрелки в центр? Вторым? Ну что же, вам нужно начать соционическое самопознание с гипотезы, что вы ученый-флегматик, логико-интуитивный интроверт, Аналитик, завершающий исследовательский цикл. Имя? У Филатовой [49] это Робеспьер. Но выяснять, КАЖЕТЕСЬ вы Аналитиком (будучи, скажем, Хранителем или Гуманистом) или вы рождены им БЫТЬ, вы будете все четыре четверти жизни: две четверти до кризиса середины жизни и две после. Критерий истинности распознания? Вы его получите, когда нащупаете то, от чего вы не будете уставать, т. е. призвание. Вашим Двойником мог бы быть Аналитик (Декарт или Кант), а вашим Исцелителем — Этик (по поводу вашей первой слабой функции — чувств) и любой Сенсорик (по поводу вашей второй слабости: отрыва от почвы). Дуализаторов у каждого типа — пять типов. Но Дуал в узком смысле слова — Энтузиаст. Например, Бакунин.

— А как и нам узнать свои типы?

— Начать можем прямо сейчас. Выберите себе сначала свой профессиональный клуб, потом место в клубной эстафете. Сверьтесь с мнением друзей, родных и знакомых. Задайте себе те же четыре вопроса. Скорее всего, один из них окажется самым трудным. С него мы на семинаре и на консультации и начнем. Сначала помучайтесь сами. Предостерегаю чересчур увлекающихся от типичной ошибки — информационной перегрузки. Если вы прочитаете все 16 портретов-типов, то в себе вы найдете что-то от каждого из них, но ни на одном не сможете остановиться. Тогда оставьте это дело на завтра. Во сне в вашем подсознании картина укрупнится, упростится,, и в какой-то момент вы обнаружите, что узнали и свой тип, и стадию его развития.

ПРОБЛЕМА ОБЩЕНИЯ ШКОЛЬНОГО ПСИХОЛОГА С УЧИТЕЛЯМИ И ВОСПИТАТЕЛЯМИ

Возьмем достаточно современную школу: в штате имеется профессиональный школьный психолог. Может быть, даже не один. Ему не позавидуешь. У предметника — расписание, программа, учебники. Если он еще и классный руководитель или если он вообще не предметник, а воспитатель, то должен заниматься „воспитанием", о котором уже никто ничего определенного сказать не может. Правда, это значит, что никто всерьез и не спросит, достигнуты ли цели воспитания, ибо никакой завуч, директор и инспектор не в состоянии эти-цели членораздельно сформулировать. Реальная цель работы воспитателя делает его надзирателем камеры хранения. Положение школьного психолога гораздо неопределеннее, чем классного руководителя или воспитателя.

Психолог начинает отвоевывать себе место в школе, изучать детей всеми усвоенными им средствами и методиками. Первые конфликты: а когда детей изучать, если с уроков их не отпускают, а после уроков они сбегают? Где, если все кабинеты уже заняты? Зачем, если родители и учителя убеждены, что они знают детей лучше, ибо знают их дольше? А если психолог еще не прошел со своим ребенком весь тернистый дошкольный и школьный путь? Был бы школьным психологом Фрейд или Юнг, Бэндлер или Сатир...

Допустим, психолог начал работать по хорошей методике Венгера и Цукермана „Схема индивидуального обследования детей младшего школьного возраста" [13]. Этапы: первичная жалоба взрослого и обследование ребенка по методикам (рисунок человека, семьи, несуществующего животного, пиктограмма, классификация, образец и правило, корректурная проба и т. д.).

Наиболее распространенные жалобы взрослых: ребенок плохо учится, ленится, рассеян, неуправляем, испытывает трудности в общении, агрессивен. Соответственно, это „пять целостных портретов ребенка", которые предлагается собрать из полутора десятков диагнозов: хроническая неуспешность, инфантилизм, уход от деятельности, отсутствие учебных мотивов, негативистская демонстративность, интеллектуализм, несформированность средств общения, агрессивность, сниженный темп деятельности, сниженная энергетика, расстройство внимания, низкий уровень организации деятельности, тревожность, шизоидность, вербализм.

В результате обследования психолог дает дельный совет родителям соблюдать профессиональную тайну и обещает никому не сообщать его заключения и рекомендации без их аргументированного согласия. Не поможешь — хоть не навреди.

Симптоматика знакомая всем, рекомендации разумны. Каковы границы рассмотренного подхода? ЗА ДЕРЕВЬЯМИ НЕ ВИДЕН ЛЕС, рассыпается класс. Рассыпается ребенок — его не видно за синдромами. Нередко и синдрома не видно за симптомами. Учитель Чехова Боткин учил лечить не болезнь, а больного. И лечить надо не синдром, а ученика, больного от неправильного учения. Что нужно?

Прежде чем отвечать, вспомним опыты с интеллектом животных. Подопытное животное помещают в полукруглой загородке так, чтобы через щели была видна приманка, лежащая в противоположной от входа стороне. Малоинтеллектуальные, например куры, будут биться о загородку; интеллектуальные, вроде свиньи, догадываются повернуться к приманке спиной, обойти загородку.

Я, учитель, первоначально думаю, что знаю о детях мало, и жду, что психолог с десятками тестов и словечек, про которые в мои студенческие годы психологи нам ничего не рассказывали, УВЕЛИЧИТ мои знания о детях и о классе. В свою очередь, психолог, знакомящийся с классом, надеется увеличить свои знания за счет опыта учителя, работающего с этим классом не первый год. Тут приходит путешественник, тьфу, соционик, и говорит: у вас информации не слишком мало, а слишком много. Вы в ней тонете. Добавочная информация в этом состоянии — не спасательный круг, а камень. Нужно ОТБРОСИТЬ информационный шум (увеличивая его, мы уподобляемся курице), выделить полезный сигнал. Нужна соционическая аэрофотосъемка.

Самое уязвимое место психологии без соционики — сборка портретов, подмена портрета ребенка портретом синдрома, нормы — патологией, „мешком с поврежденными функциями". Человек настораживается — запахло психушкой. Или превращением в подопытную лягушку.

В результате таблицы и папки, заполненные психологом, оказываются забытыми. Учитель снова наедине с учениками. В зависимости от соционического типа и стадии его индивидуации он или страдает комплексом неполноценности, и/или периодически интересуется, за что психологу платят деньги, а психологи артистично рассказывают своим бывшим преподавателям о дремучем психологическом невежестве выпускников педуниверситета и/или мучаются вопросом, ту ли школу и даже — ту ли профессию они выбрали.

Между тем, здесь нарушены два элементарных и фундаментальных психолого-педагогических закона.

1. Предлагаемое знание плохо упаковано, это полуфабрикат, не спасательный круг, а камень (у „спасательного круга" число блоков не должно превышать число Миллера: семь плюс/минус два, но в диагнозах и рекомендациях психологов число таких блоков обычно выше числа Миллера, укрупнять же их мы худо обучены).

2. Этим несъедобным полуфабрикатом кормят страдающего отсутствием аппетита. Сами учителя нередко пичкают учеников не теми знаниями, в усвоении которых у них возникла потребность (для чего нужно сначала поставить ребенка перед проблемой, а потом дать ему знания, без которых ее нельзя решить), а теми, которых требует программа при нехватке времени на ее выполнение к моменту очередной проверки сверху. Теперь они сами оказались в положении своих учеников: начальство сверху и психолог сбоку пичкают их требованиями и знаниями, в которых они не испытывают потребности и на использование которых у них не остается ни сил, ни времени.

Ученые нередко ищут не там, где потеряли, а где светлее, возле фонаря. Фонарь — это усвоенные ими методики тестирования, опросов, которые в истории теоретической и практической психологии были связаны с решением других проблем, рожденных борьбой научных направлений и школ.

Разумеется, есть много других проблем, требующих запуска соционической инновации. Но за ними стоит одна проблема. Это неточно называемая проблема индивидуального подхода. Точнее сказать так: педагог может овладеть ситуацией в школьном классе или студенческой группе только тогда, когда будет работать с микрогруппами, число которых не должно превышать семь плюс/минус два. Индивидуальный подход становится возможным через взаимо- и самообучение в микрогруппах.

Какие микрогруппы уже стихийно сложились? Какие и для чего возможны? Каких типов в группах перебор и каких недобор? Нужно перейти к аэрофотосъемке. Вернуть способность „держать площадку", управляемость ситуацией, достаточно богатый репертуар решений для каждой проблемной ситуации (включая либо сильные функции своего типа, либо привлекая с помощью своих слабых функций тех, у кого они стоят в сильных позициях).

Первый шаг — освоение методов соционики. Давайте отвернемся от приманки, от привычки увеличивать свою информированность. Перенесем свое внимание с того, КОГО мы видим в лице ученика и класса, на то, ЧЕМ мы видим, какими очками, каким словарем пользуемся, чтобы видеть и называть видимое. Оптимист называет ученика полуздоровым, пессимист — полумертвым. Но его можно назвать и другими именами. Появится возможность сравнения и выбора имен — способов перехода от обучения к само- и взаимообучению (воспитанию). Чтобы кувшин наполнить, его предварительно нужно опорожнить. Подвергните все свои знания сомнению. (Ехидный вопрос: и соционические? Ответ: конечно! Но после того, как вы ими овладеете.) Педагоги любят вспоминать сократовский метод повивальной бабки, но при этом забывают условие, без которого этот метод теряет смысл: греки думали, что знают. Сократ знал, что ничего не знал. Не бойтесь начать с сократовского уровня, подвергните все сомнению — это сомнение не повредит истинным знаниям. Тяжкий млат, дробя стекло, кует булат. Сомнение очистит знания, необходимые для разрешения реальных проблем общения с другими и собой, обнажит пробелы, которые не были заполнены только потому, что вы этого и не пробовали сделать. Подчас минуты направленного поиска недостающей информации дают для решения проблем больше, чем годы стихийного знакомства с окружающими и самим собой и месяцы бесцельного тестирования и интервьюирования (плохи не методы, а бесцельность их применения). Правда, при помощи профессионала. Чтобы самому стать профессионалом, понадобятся годы. Нужно приучить себя ежедневно и ежечасно сохранять управление ситуацией, укрупненное видение ее. Пока соционика не станет вторым родным языком.

Соционика не заменяет другие версии психологии, педагогики, социологии, семиотики (можно перечислять все дисциплины, усиливающие хаос знаний человека о себе и других), а дает практичный способ их укрупнения, проверки, упорядочения и дополнения. Напротив, мы рекомендуем не ограничиваться соционикой, что нередко наблюдается у неофитов соционики. Нужно быть не рабом, а хозяином соционики. Нужно уметь переводить на язык соционики и обратно данные всех других знакомых вам работающих типологий нормы и патологии человеческой психики. Иначе вы станете виновником новой эпидемии распространения очередной панацеи от всех зол. Но соционика приучает упорно и пожизненно искать ответ на фундаментальные вопросы и дает средства нахождения этого ответа в реальном режиме времени перегруженных учителей, учеников, родителей, руководителей систем образования. При этом соционический инструментарий рассчитан на вырост: на превращение образования из системы формирования подрастающих поколений во всевозрастную и пожизненную. Перефразируя Эпикура, можно сказать: соционикой заняться никогда не рано и никогда не поздно, ибо никогда не рано и не поздно быть счастливым. Правда, одни понимают счастье как благосостояние, другие как уважение (статус), третьи как свою творческую уникальность или же самоценность. И слава Богу, что по-разному. Только не бей быка, что не дает молока. Рационалы-учителя, цените иррациональность учеников. Логики-учителя, цените этичность учеников. Холерики, не торопите меланхоликов и флегматиков. Визуалы, дайте время вербалам перевести ваши изображения, схемы в их слова, ваши инсайты в их доказательства. Не нервничайте, если ребенок гадает, сколько в квадратном сантиметре квадратных миллиметров. Он кинестетик. Дайте ему листок бумаги в клеточку и ножницы, пусть поразрезает и посчитает. Если у вас задача на встречное движение поездов, пусть они с другом сыграют роль поездов, побегают по классу. Или в коридоре, если они помешают другим двигаться дальше.

Но разве можно усмотреть целое, не разобравшись в деталях. Приведем аналогию из математики. Число можно получить, суммируя единицы, и число можно получить, расчленяя отрезок. Метод суммирования был затронут выше. Попытаемся двигаться методом расчленения целого. Это будет немножко напоминать распознание движущегося к нам издалека предмета. Сначала — точка. Потом — неживое или живое. Волк или человек. Мужчина или женщина. Знакомый — незнакомый. Становятся различимыми крупные части тела, потом мелкие черты лица и т. д. Если человек предсказуем, я успокаиваюсь, если непредсказуем — настораживаюсь. Отнесение человека к типу, если оно удачно, повышает предсказуемость.

Второй шаг — некритическое усвоение языка и приемов соционики. Накопление опыта микрогрупп. Начало работы инновационной кривой: соционический энтузиазм охватывает хотя бы первичное большинство. Учащиеся раздобывают соционическую литературу и вовсю играют в соционические игры с родными и знакомыми. Учитель уже понял на практике, что соционика не дополнительная нагрузка, а экономия сил и времени. Он уже перешел от состояния электроплитки, которая вот-вот перегорит, в то время, когда чайник-класс и не думает закипать, к состоянию консультанта: работа в микрогруппах и между ними кипит, а его дело — ликвидировать, с одной стороны, пробуксовки и переохлаждения, с другой — перегрев. Покажем, как развивается соционическая инновация на примере еще одной проблемы.

ПРОБЛЕМА УЧАЩИХСЯ ИЗ ГРУППЫ РИСКА

Каждый тип предпочитает особый стиль обучения. Например, вы почувствовали, что ваш стиль обучения — рациональный (информация разделена на дозы, вы излагаете шаг за шагом, последовательно, вам делают комплименты по поводу организованности подачи информации). Но есть дети, которые забегают вперед, перебивают вопросами, которым не терпится сразу схватить целое (иногда не только урока, а всей темы, а то и предмета). Они составляют у вас группу риска. Задайте ученикам простейший вопрос: план и режим вам скорее помогают или скорее мешают — как вам кажется? Потом посадите рационалов, скажем, слева, иррационалов справа. Колеблющиеся могут попробовать себя на заданиях обеих групп. Теперь старайтесь чередовать ваше изложение и ваши задания в рациональном и иррациональном стиле. Чередование во времени можно подчеркнуть перемещениями в пространстве: работая в рациональном стиле, подходите к левым, переходя на иррациональный стиль — к правым. Если вам трудно дается переход на стиль иррационалов, найдите среди сильных учеников-иррационалов „переводчика". Обратите внимание на то, что некоторое тугодумие рационалов — плата за основательность и надежность знаний, а поверхностность и ошибки иррационалов — плата за быстроту и активность их пространственного воображения. Наши недостатки суть продолжение наших достоинств. Вы обнаружите и другое: вероятно, мальчишеская изобретательность престижнее (да и вы, рациональная женщина, втайне больше любите работать с мальчишками: интереснее). Предупредите: все типы необходимы, а если человек предпочитает Казаться, а не Быть — чужая роль будет его изматывать, вместо того чтобы наполнять энергией. „Он не будет счастлив никогда" (примечание 1). Ибо счастье — когда человек утром охотно идет на работу, а вечером охотно возвращается домой. Когда у него есть то дело, от которого он не устает. Сразу же можно перебросить мостик от математики к дружбе и любви: как вы думаете, среди кого девушке-рационалке лучше искать мужа — среди рационалов или иррационалов? В такого рода вопросах девочки уже смотрят на мальчишек сверху вниз. Когда вы выслушаете сторонников обоих ответов, скажете: в юности пары чаще возникают на основе сходства, но они редко оказываются долговечными. В зрелом возрасте становится ясно, что прочные пары возникают в силу притяжения противоположностей: сенсорики сходятся с интуитами, логики с этиками, экстраверты с интровертами. Из четырех пар противоположностей одна — исключение: союз рационала с иррационалом означает повышенную вероятность конфликта. Это не значит, что такие браки не бывают устойчивыми и счастливыми. Любовь зла — полюбишь и козла. Но это значит, что вы должны знать, на что идете, и вам нужно учиться конфликтовать всю жизнь — грамотно и культурно. Кант предупреждал: мужчина в семье хочет мира, женщина способна к бесконечной войне. Он, хоть и прожил холостяком, был прав. Итак, на первом уроке вы освоили вместе с детьми лишь одну шкалу: рациональность — иррациональность. Вы выбрали РАЦИОНАЛЬНЫЙ способ введения себя и детей в соционику: сборка общей картины шаг за шагом из деталей. Есть две разновидности рационального стиля: логический (упор на логику поступков и последствия, независимые от субъективных намерений) и этический (упор на мотивы поступков).

На следующем уроке вы так же отработаете деление на логиков и этиков, потом на сенсориков и интуитов, затем на экстравертов и интровертов (в зависимости от того, каков ваш тип и какой тип задает тон в классе, вы можете выбирать порядок введения четырех основных шкал). К концу четвертого урока вы можете составить первую соционическую карту класса: пустите по классу разграфленную бумагу и попросите вписать себя в клеточку для соответствующего типа (поначалу можно записываться более чем в одну).

ИРРАЦИОНАЛЬНЫЙ способ. Интуитивный вариант: вы на первом же уроке нарисуете на доске таблицу и попросите в конце урока записать себя в одну из клеточек. Деля учащихся в последующем на группы, давая им задания, которые будут нагружать то обе сильные, то обе слабые функции типа, вы дадите учащимся опыт самопознания. Я, иррациональный интуит, предпочитаю именно такое начало.

Но обоими путями вы рано или поздно придете к общей картине класса. Простейший вид таблички задан восьмью словами:

При всей многозначности этих слов, при всей бедности опыта самопознания у наших учащихся уже само заполнение этой таблицы даст первый „аэрофотоснимок", пока еще ненадежный. Берегите его. Когда учащиеся войдут во вкус „не Казаться, а Быть", им доставит веселые минуты рассматривание этого снимка с точки зрения того, кем они Казались себе и другим когда-то.

Когда учащимся надоест употреблять сдвоенные слова (устойчивый ученый, гибкий управленец и т. д.), спорить об их „истинном" значении, замените слова соционическими терминами, а 16 клеточек обозначьте именами типов: устойчивых — буквой Ф (флегматики), чувствительных — М (меланхолики), гибких — С (сангвиники), напористых — Х (холерики). Введем модель SNTP, где первая буква обозначает сенсориков, вторая — интуитов, третья — логиков, четвертая — этиков. Наука требует, чтобы сильные позиции занимали интуиция и логика, общение — сенсорика и этика, искусство — интуиция и этика, управление и инженерия требуют, чтобы — сенсорика и логика. Теперь таблица приобретает следующий вид:

Приведенная выше таблица рассчитана именно на таких разведчиков, стремящихся забежать вперед, посмотреть на свой маршрут с орбиты космического корабля (пример информационно более насыщенной таблицы см. в примечании 2).

В этой таблице опытный глаз увидит практически все основные способы разбиения класса на микрогруппы: диады, триады, квадрады, пентады и т. д. К примеру: в каждой строке члены первой и второй пар любят Казаться друг другом. Записался человек в Гуманисты, попросите его провериться: не Инспектор ли он. И наоборот. Соответственно, дуальные пары тоже вербуются либо из первой и второй колонок, либо из третьей и четвертой (флегматики с холериками, меланхолики с сангвиниками). Внутри каждого из четырех клубов однородной профессиональной ориентации (ST, NF, SF, NT) обработку информации начинают холерики, завершают флегматики, промежуточные функции делят между собою сангвиники и меланхолики. На четырех угловых типах держится весь американский бизнес. Висящие на стенках опережающие таблицы позволяют не отмахиваться от вопросов тех, кто забегает вперед. На эти вопросы нужно давать краткие наводящие ответы, ключи для поиска ответа любознательные находят сами.

Потом вы регулярно будете запускать новый листок и обсуждать, почему, поработав и пообщавшись в одной группе, в одной роли, ученик решил сменить либо место в группе (перебрался, скажем, из чувствительных меланхоликов в гибкие сангвиники либо в устойчивые флегматики), либо группу (сменил группу художников на группу общения или группу исследователей). Это „самодиагностика ножками". Нужно дать возможность желающим познать себя, но сомневающимся — попробовать себя в разных ролях в разных клубах. После этого даже наиболее склонные к перевоплощению, артистичные гуманитарии (Наставники в особенности) поймут, что Казаться — и есть ложе Прокруста, что Быть собой — и есть свобода как познанная судьба.

Конечно, нагрузка на вас резко возрастет. Но это окупится. Раньше вы успевали доводить себя до кипения, чтобы температура в классе чуть-чуть повысилась. Теперь вы запустили в группах работы и получили время наблюдать за происходящим и осмысливать наблюдения. Вместо того чтобы насильно кормить тех, у кого нет аппетита, вы теперь отвечаете на вопросы. Научить нельзя, но можно научиться (уча). Это ново? Да, новое — хорошо забытое старое. Вы возродили забытые декурии Коменского, в которых учеников учили ученики — декурионы. Теперь класс кипит, а учитель сохраняет холодную голову при горячем сердце. Он даже может выйти подумать в коридор. Еще одно облегчение: если все-таки окажется, что вы, скажем. Хранитель, труднее общаетесь, во-первых, с иррационалами, во-вторых, с сенсориками, в-третьих, с холериками и сангвиниками, в-четвертых, с гуманитариями и технарями и так далее — вы научитесь среди учащихся находить „переводчиков". Лучше всего, если это будут дуалы тех, с кем вам общаться трудно. Скажем, Хранитель конфликтует с Искателем. Ищите дуала Искателя — Посредника. Или активатора — Энтузиаста. Любого социала. (В разговоре с вами я позволяю себе вольнее пользоваться жаргоном, забегая вперед. Но и вам в разговоре с учениками нужно забегать вперед. Услышав незнакомое слово несколько раз, ученик неизбежно спросит, что оно значит.) Вы выигрываете, во-первых, создавая ситуации „хочешь научиться — учи", во-вторых, учась у учеников, приглядываясь к тому, почему они лучше понимают друг друга, чем вас.

Но вот на партах стали появляться книги по соционике. Приближается время, когда начальная эйфория проходит. Обнаруживаются противоречия между социониками разных направлений и школ. Уже пора развивать соционику соционики. Ибо соционики тоже люди. Отдавая РАССУДКОМ должное всем типам, они тем не менее по-прежнему подсознательно питают симпатию к одним типам и антипатию к другим или апатию к третьим. Не надо скрывать симпатии и антипатии. Нужно не быть их рабом. Отличительная особенность данного пособия — его авторы не скрывают своих симпатий и антипатий друг к другу и ко всем типам. К примеру, Аналитику (Гуленко) кажется, что Искатель (Тыщенко) слишком забегает вперед, торопится рисовать картину в целом и обсуждать назревшие проблемы, заменяет четкие формулы многозначными рисунками, а Тыщенко кажется, что Гуленко слишком медлит, двигаясь шаг за шагом, заменяет целостные диаграммы позиций последовательным описанием полуходов. Картинки Тыщенко для Гуленко перенасыщены информацией, а схемы Гуленко для Тыщенко слишком обеднены. В особо трудных случаях приходится прибегать к помощи дуала Гуленко, Энтузиаста Накрохиной, которая помогает им понять друг друга и ставить себя на место читателей. Она — носитель педагогики взрослых: это педагогика подбора, расстановки и переподготовки работников банка.

Эта глава написана интуитивным иррационалом для интуитивных иррационалов. Если она слишком раздражает рационалов (нет определений, понятий и доказательств), пусть они сразу переходят ко второй главе, в которой Гуленко начинает аналитичное изложение.

Или же пусть они воспринимают Тыщенко как типичного представителя тех учеников, которые на уроках входят в их группу риска. Врага надо знать, чтобы с ним бороться.

Соционики уже давно поняли, что соционика в руках Искателя (например Аугустинавичюте) отлична от соционики в руках Аналитика, а тем более от неоюнгианства, представленного в книгах Крегера и Тьюсон (гуманитарии) или Тигеров. Опытный читатель сразу поймет, кому данный автор бессознательно симпатизирует, а кому лишь пытается сознательно отдать должное, борясь с подсознательной антипатией. К примеру, как только я (Искатель) овладел вниманием аудитории и она начала втягиваться во взаимо- и самопознание, вдруг начинается пробуксовка: какой-нибудь упрямый Критик, не обращая внимания на нарастающее раздражение аудитории, начинает ставить под сомнение каждое твое утверждение, а какой-нибудь Наставник отвергает саму идею типологии как идею прокрустова ложа, а Инспектор (который и доминирует в нашем образовании) скажет: „Вся эта психология — от безделья. Надо так поставить урок, чтобы ни у кого не было ни минуты свободной. Надо всех заставить работать и научить работать одинаково хорошо. По Гальперину".

Естественно, я раздражаюсь. Именно потому, что все трое правы, но преждевременно: Критик прав в том смысле, что все постулаты соционики — рабочие гипотезы, что наборов таких постулатов должно быть несколько. Но пусть Критик сначала освоит работающий вариант соционики, а потом построит альтернативный. Его ошибка в том, что он критикует определенный стиль плавания, не освоив его. Наставник прав: он способен сыграть роль любого другого типа. Он есть неповторимая индивидуация типа Наставник. Но только освоив соционику, он научится понимать, что роли иных типов для него энергозатратны. Энергодонором может быть только Наставник, только он может исполнять роль, от которой не будет уставать. Инспектор прав: его призвание — не теоретические дискуссии, а практическая реализация решения, к которому подвели дискуссии. Но без Наставника ему не убедить своих подчиненных, а без Критика он переупростит до неузнаваемости реализуемые им идеи. Так что ему полезно научиться терпеть „болтливость" Наставников и Критиков в моменты выработки решений и пресекать их страсть продолжать дискуссии после принятия решения.

Если я по неопытности ввяжусь в разговоры с ними, все пропало. И наоборот: когда группа накопит опыт соционического самопознания, дискуссии с Наставниками и Критиками окажутся мощным источником энергии и творчества. И на семинаре, и на уроке нужно поступать так, как на контрольной по математике: не застревайте сразу на задачах со звездочкой, решайте прежде всего задачи, касающиеся большинства, задачи неформальных лидеров группы, задачи, созревшие для решения. Трудные задачи и трудных партнеров надо отделять, оставлять окруженными в тылу на потом: вы касаетесь проблем, которые действительно стоят перед соционикой, но для их обсуждения вам нужно накопить опыт. Разговоры с трудными собеседниками нужно отодвигать на подходящее время и нередко лучше вести, когда уже обнаружатся пары дуалов: при меланхоличном Критике появится сангвиничный Политик, холеричный Наставник поможет раскачать флегматичного Инспектора. Но поначалу ПРЕЖДЕВРЕМЕННОСТЬЮ своего сопротивления Критик и Наставник меня раздражают. Я этого и не скрываю. Я им говорю: „Вы по отношению ко мне — в группе риска. Вот так же будут вас раздражать ученики из вашей группы риска. Давайте учиться превращать энергию раздражения из разрушительной в созидательную."

Здесь внимательный читатель должен поймать меня за руку. Почему я предлагаю только один вариант реакции на сопротивление Критиков, Наставников, Инспекторов? Верно, нужно иметь в виду целый веер их. И попробовать — что лучше сработает в данной аудитории, в данной ситуации, при данной атмосфере. Я могу:

1. Сослаться на авторитет (Юнга, американского, японского, российского постюнгианства).

2. Высмеять скептика (нехорошо, если я самоутверждаюсь за счет слушателя; хорошо, если с него нужно сбить спесь, подавляющую соседей).

3. Отложить разговор до более подходящего момента, может быть, наедине.

4. Поручить скептику самому реализовать его идеи. Можно поручить ему в форме реферата разгромить соционику по одной или нескольким соционическим публикациям.

5. Дать соционический анализ ситуации общения Искателя с Критиком и прогноз ее разворачивания. Описать общение Искателя с Критиком как внутриличностный диалог между Эго и Ид.

Если короче — то либо „заткнуть рот" на время, либо озадачить, вовлечь в работу. В критическую работу. Рано или поздно критик заражается критикуемым, критика превращается в сотворчество. Существует инновационная кривая. Прежде всего, вы должны сделать своими сотрудниками и помощниками 2—3 % новаторов (более вероятно, что это будет первая квадра, родная квадра Искателя), с их помощью мобилизовать 13—14% „первичных реципиентов" (здесь появятся люди второй квадры, реализаторы, к ней, кстати, и принадлежат Наставник и Инспектор), потом дело дойдет до первичного большинства (это уже треть аудитории) и т. д. Время Критика (третья квадра, реформеры) наступит, скорее всего, когда дело дойдет до вторичного большинства (еще одна треть аудитории), когда появятся первые результаты реализации идей первой квадры силами самой энергетичной второй квадры. А там, глядишь, придет время, скажем, Гуманистов четвертой квадры, совершенствователей и завершителей. Это последние — 16%, которые превратят инновацию в традицию. Итак, с каждым „трудным" собеседником надо разговаривать не слишком рано и не слишком поздно, а в ритме инновационной кривой. Так как ситуацию в нашем образовании определяет Инспектор, то я, Искатель, могу выходить на него сам (как его ревизор, это трудное отношение), могу через его дуала, Наставника (я его заказчик, отношение более благоприятное). Наконец, случается, что воспитывать нужно не активных Критика и Наставника, а пассивную аудиторию. Тогда преподаватель начинает работать на Критика, на Наставника, а когда аудитория возмутится — предложить ей сменить пассивную роль на активную.

— Вы навязываете всем иррациональный стиль. А как быть рационалам?

— Рационалы должны приходить на урок, на лекцию с арсеналом домашних заготовок, рассчитанных на разные типы слушателей и ситуаций общения с ними. Если иррационалу соционика помогает импровизировать, то рационалу она помогает быть готовым к неожиданностям. В части первой вы найдете описание плана социо-нического семинара для учителей, ответ рационала Гуленко на мой вопрос, каких типов на семинаре будет больше, какие не выдержат и сбегут, а также его отчет о семинаре и ретрообсуждение. Неожиданности все равно были, но у рационала есть достаточный репертуар вариантов, чтобы в неожиданностях быстро сориентироваться. Более того, именно они побуждают развивать соционику.

Итак, теоретически для меня. Искателя, все типы равны, все необходимы, у всех них недостатки есть продолжение их достоинств. Практически же, для моего бессознательного, они делятся на симпатичные, антипатичные и нейтральные. Для Гуленко, Аналитика, они иначе делятся на те же группы. А кроме того, решать проблемы общения с этими группами мы будем противоположными способами. Я, Искатель, иррациональный интуит, прежде всего попытаюсь построить и передать слушателям картину группы в целом, а уже потом, членя ее, осваивать детали, строительные блоки. Он, Аналитик, рациональный логик, предпочтет сначала дать слушателям представление о четырех юнговских функциях, моделях типов, диагно-сцировать каждого, а уже потом строить микрогруппы и картину группы в целом.

Следовательно, соционик столько, сколько социоников. Вот почему в нашем пособии мы не маскируем различий между частями, написанными Искателем и Аналитиком, между различными отечественными соционическими школами, между отечественным и американским постъюнгианством. Предлагаемое пособие имеет целью:

а) вооружить неофита соционики минимумом сведений, которые требуются при запуске соционической инновации в школе (от детского сада до послевузовского образования);

б) дать представление о современном состоянии и перспективах соционики;

в) дать ключи к быстрорастущей соционической библиотеке и нарастающему разнобою в ней. Нужно научиться видеть в этом разнобое неизбежную стадию познания и превращать противоречия социоников в источник развития соционики. Разногласия социоников, как правило, понятны, проверяемы, исправимы. Здесь нет абсолютных истин и абсолютных заблуждений.

Вначале мы постарались как можно больше пользоваться естественным языком здравого смысла и поменьше — птичьим жаргоном соционики. Это будет раздражать тех, кто знаком с соционикой: все это можно было сказать короче и точнее, если пользоваться терминологией соционики. Часть вторая удовлетворит эту группу читателей, в ней мы переходим на специальную терминологию, пользуемся различными шифрами (вот ряд синонимов: Дон Кихот = Искатель = il = ENTP = ЭНРД = интуитивно-логический экстраверт, при этом интуитивный Искатель — Изобретатель, а логический — Извлекатель). Каждый из этих шифров выделяет одни моменты и затушевывает другие, поэтому каждый пригоден в одних ситуациях и неудобен в других. Это удобно специалистам сжатостью, обозримостью, точностью, но раздражает неофитов. Выход один: удовлетворять и раздражать различные категории читателей поочередно.

Почему дипломированные психологи и педагоги среднего и пожилого возраста редко преодолевают настороженное отношение к соционике? Дело не только в возрастном консерватизме и не только в том, что они свою оценку соционики сформировали по той примитивной версии, которую в качестве новой моды эксплуатируют дилетанты в коммерческих целях. Основная причина в том, что Юнг предложил вернуться к четному, четверичному мышлению после тысячелетий господства троичного, патриархатного мышления (к этой теме мы вернемся в заключении). Синтез тезиса и антитезиса в этом мышлении рассматривается не как венец познания, а как материал для критического антисинтеза (цель которого сегодня — переход от антиэкологичных технологий, стандартов потребления и образа жизни к альтернативным, экологичным). Возврат к основам целого они воспринимают как примитив: „Наши шкалы содержат десятки, а то и сотни вопросов, косвенных, хитрых, о смысле которых опрашиваемый не имеет никакого представления, для обработки результатов на компьютере мы используем сложный математический аппарат, огромную накопленную мировым сообществом статистику. А тут являетесь вы со своими четырьмя вопросами и 16 типами. Приманка для дураков".

Отвечаю: давайте рассмотрим пример. Психолог школы провел тестирование на определение не то „творческого потенциала", не то „оригинальности". Ответы на 150 вопросов позволяли набрать максимум 50 баллов. Ученик заработал менее 30 и расстроился: есть те, кто набрал около 40.

— Ты расстроился?

— Конечно. Я хочу связать свою жизнь с кинематографом.

— Потенциал какого творчества, оригинальность в чем именно вы с учительницей измеряли? Есть генераторы идей и просветители первой квадры, есть реализаторы второй квадры, есть реформаторы третьей квадры — критики и первых (за отрыв от почвы) и вторых (за примитивизм), есть завершители и совершенствователи четвертой квадры. Кстати, ты — Советчик, т. е. из квадры завершителей и совершенствователей. Геодакян считает: мужчины делают новое, но кое-как, женщины не новое, но как следует. Четвертая квадра ближе к женскому полюсу. Именно она сможет предотвратить экологический кризис. Преувеличение роли творчества (оно пока у нас преимущественно антиэкологично) привычно, но уже в корне устарело. Ты каким собираешься быть режиссером: просветителем (примеры из писателей — Дюма), реализатором (Наставники — Гамлеты, например, Чаплин, возможно, Михаил Чехов, Мейерхольд; Инспектор Н. Михалков, Лирик Шукшин), реформером-критиком (Критик Брехт, Предприниматель Эйзенштейн), завершителем и совершенст-вователем (вроде Управителя Станиславского)?

Если ты заработал свои 29 баллов, что из этого следует? А я тебе говорю: если завершитель — преодолей соблазн быть творцом в смысле первой или второй квадры, преодолей соблазн казаться Маршалом — для этого нужны сильные сенсорика и логика, а они у тебя слабы, они предназначены для общения с Маршалом, а не для исполнения его роли. Ищи то, от чего ты не будешь уставать всю жизнь — ив юности и на пенсии — в своей области. Ты гуманитарий, место твое в гуманитарном клубе — между напористым холериком и чувствительным меланхоликом, а в последовательности квадр — четвертое, завершающее. Европа эту квадру начала ставить на первое место после двух веков надлома, войны всех против всех, с XVII века, у нас же два века надлома только еще подходят к концу (во всяком случае, так считал Гумилев), на четвертую квадру мы начнем выходить в следующем веке. До сих пор у нас бушевала квадра Лениных и Бухариных, Сталиных и Троцких, т. е. вторая.

Творчество — опасный своей односторонностью идеал троичной патриархатной культуры. Экологический идеал — идеал Инь—Ян диалога, четверичный идеал. Но в нашей жизни твое место — пока что место четвертого лишнего. Туда попадает десяток процентов избирателей, голосующих за зеленых, энтузиасты разработки альтернативной энергетики и иных альтернативных технологий, неофеминистки и неофеминисты (к которым и я себя отношу) и режиссеры, работающие не на попытки "демократов", "коммунистов", "третьей силы" уничтожить друг друга, а на компромисс и сосуществование между ними. Не питай иллюзий: сегодня диалогистов отстреливают со всех трех сторон. Но что же делать: мы в экоцейтноте. Ибо человечеству осталось б0±20 лет до момента принятия пакета решений, предотвращающих экологическую глобальную катастрофу. Потом будет поздно. Творческий Ян-потенциал человечества отходит на второй план. Нужно срочно подтянуть стабилизаторский Инь-потенциал: женской половины и дельта-четверти рода человеческого.

Мораль: я не против тестов на творческий потенциал, оригинальность, IQ и т. д. Я против слепого их использования. После вашего ответа на вопрос о том, как измерить (и повысить!) стабилизаторский потенциал, как измерить и повысить творческий потенциал четвертой квадры, квадры завершителей, я воспользуюсь вашими тестами. Не одним, а несколькими. Пока этого нет, вы можете до Страшного суда спорить, что же вы измеряете, когда измеряете IQ? И зачем?

А пока что ученик в панике, как те персонажи мультфильма, которых сосчитал козленок. Тем неприятнее, чем непонятнее. „Они образованность хочут показать и поэтому говорят про непонятное". Давайте тестирование делать понятным тестируемым. Давайте шурфы копать, не забывая о данных аэрофотосъемки.

Итак, с какого возраста начинается соционическое самопознание? Приведу диалог дедушки и шестилетней внучки:

— Деда, а что ты делаешь на компьютере? Какое тебе дали домашнее задание?

— Я его сам себе дал. Пишу книжку для твоих учителей. О том, что тебя надо учить иначе, чем твоего брата. К тебе как в классе относятся?

— Мальчики не подчиняются. Девочки подлизываются. Одна девочка сама любит командовать.

— Это все потому, что ты Маршал. Ты любишь командовать и девочками и мальчиками, дедушкой и бабушкой. Это им не всегда нравится.

— Да-а... Деда, а у меня есть что-нибудь хорошее?

— А разве то, что ты Маршал, — это плохо?

— Я не Маршал, я Даша. Какой я Маршал — я не хочу воевать. Я хочу родить дочку и сына и чтобы они мне родили внука и внучку, как у вас с бабушкой.

— Это замечательно. Но это и будет твоя армия, которой ты будешь командовать. И это хорошо, если командир умеет командовать. Плохо, если Маршал плохой, а если хороший — то войску-семье хорошо. Говорят так: наши недостатки суть продолжение наших достоинств.

— Скажи понятно. Какие у меня достоинства?

— Ну вот у тебя сильная воля. Как у всякого Маршала. Ты можешь и час, и два тренироваться в переписывании или в чтении.

Это твое достоинство. Но когда его много — оно превращается в недостаток. Ты устаешь, начинаешь делать все больше ошибок, а когда я тебе их подчеркиваю, начинаешь злиться на меня, потом на всех, потом рвешь тетрадку. Сильная воля превратилась в упрямство и каприз.

— А как надо?

— Надо учиться на своих ошибках, а не злиться. Нужно их исправлять, писать внимательнее. Не тот дурак, кто споткнулся, а тот, кто второй раз на том же месте споткнулся. И не надо писать через силу. Иногда надо отдыхать. Чтобы хорошо командовать другими, нужно еще лучше командовать собой. Тогда из тебя получится хороший семейный Маршал.

— Понятно! А моя учительница знает, как меня учить? Она же не читала вашей книжки.

— Она тебя любит. Она умеет переждать, пока твои капризы уйдут, а твоя маршальская воля к тебе вернется. Но лучше, если со своим упрямством ты научишься справляться сама. Твоей учительнице моя книжка тоже пригодится. Потому что ты у нее не одна, и все вы разные. Ты игрушки сваливаешь в одну сумку, а твой брат любит и умеет их красиво расставлять по своим местам. Тебе надо точно рассказать, шаг за шагом, что делать, а ему нужно нарисовать картинку, куда он должен прийти, и дать возможность выбрать, каким путем туда прийти. Тебя больше задевает то, что он тебя толкнул, а его — то, что он этого не хотел, а ты этого не понимаешь. Когда вас много и вы все разные, вашей учительнице без нашей книжки в этом трудно вовремя разобраться.

Комментарии к эпизоду.

Когда же начинать соционическое просвещение ребенка? Когда он заинтересуется, что у него плохого, что хорошего, как плохое вырастает из хорошего без меры, как казавшееся плохим может обернуться добром, когда он начнет вас расспрашивать о вас и о себе. Но чтобы ответить на детские вопросы, нужно соционической культурой овладевать ежедневно и пожизненно. В этом разговоре мы коснулись сенсорики и логики Маршала, коммутатора, подверженного вспышкам гнева. Но важно было дождаться детского вопроса и не отмахнуться от него.

Итак, зачем дипломированному педагогу соционика? Чтобы научиться видеть аудиторию и каждого учащегося в целом. Чтобы из перегрузки информационным шумом выделить полезный сигнал. Жизнь не так проста, как кажется, она гораздо проще. Если верно поставлена проблема, если удачно выбрана точка зрения, если вы ищете информацию о ключевом, основном, наступает "ага-эффект".

Вам "вдруг" становится понятной проблема и пути ее решения. Это значит, что вы сознательно держите в руках семь плюс/минус два рычага, с помощью которых можно владеть ситуацией. Вы освободились от лишней информации, вы добрали необходимую информацию до уровня достаточности. Теперь можете с помощью всего арсенала психологических и педагогических методик зарываться вглубь, набирать статистику там, где это нужно. Можно обратить внимание на индивидуальные вариации типа, гибриды типов, преходящие состояния, полутона и блики, пока вы снова не утонете в информационном шуме и вам не понадобится очередная аэрофотосъемка местности, в которой вы заплутали. Перейдем к пошаговому освоению основ этой культуры, а закончим снова прогулкой по переднему краю соционики, где вопросы уже есть, а ответы еще нужно искать.

Глава 2 

ТИПЫ 
(Аналитик)

Предлагаемая глава рассчитана на читателя, который установил свой тип личности, и осталась одна шкала, по которой труднее всего определиться. Также она пригодна для тех, кто уже понял мощь соционики и теперь решил осваивать ее систематически, начиная с азов.

УГЛУБЛЕННОЕ ОПИСАНИЕ ЧЕТЫРЕХ ЮНГОВСКИХ ШКАЛ ПО ЧЕТЫРЕМ УРОВНЯМ

Коммуникативное пространство и его уровни

Взаимодействие соционических типов протекает в определенной протяженной среде, которую я буду в дальнейшем называть коммуникативным пространством. Это пространство неоднородно: его плотность в разных местах неодинакова, поэтому информационный обмен одних и тех же типов в разных его местах будет иметь различную интенсивность.

Предположим, что коммуникативное пространство четырехмерно, как и пространство материальное. Под измерением пространства я буду понимать уровень устойчивого информационного обмена, который отделен от других таких же уровней потенциальным барьером — энергией преодоления, т. е. усилием, необходимым для перехода с уровня на уровень.

Для того чтобы определить, на каком уровне пространства протекает коммуникация, необходимо определить два параметра — коммуникативную дистанцию (параметр протяженности пространства) и плотность коммуникации (параметр проницаемости пространства).

Для построения модели я воспользуюсь привычным для соционики двоичным принципом — разделением пополам. Поэтому коммуникативная дистанция будет принимать два значения — близкая и далекая. С точки зрения проницаемости пространства, для полноценного инфообмена я буду различать коммуникацию, с одной стороны, глубокую и, с другой стороны, поверхностную.

Остановлюсь подробнее на этих полюсах. Близкая дистанция означает, что общение протекает при тесном соприкосновении в пространстве. Она наиболее характерна для групп с численностью от двух до восьми человек. При взаимодействии на далекой дистанции социотипы разделены существенным расстоянием, определяемым социальными и культурными показателями развития. Такая дистанция между людьми обычно возникает в коммуникативных группах более восьми человек.

Глубокая коммуникация означает плотный информационный обмен, когда в общение вовлекаются практически все имеющиеся в распоряжении социотипа информационные ресурсы. Возникает тесное переплетение „силовых линий" информационных полей, что свидетельствует о высокой доверительности контакта.

Поверхностная коммуникация происходит при неполном вовлечении в обмен наличных информационных ресурсов. Плотность информационного потока оказывается гораздо меньше по сравнению с первым случаем. Степень доверительности также невелика.

Поскольку сложность коммуникации в одинаковой мере зависит от обоих параметров, то информационный обмен между системами можно рассматривать как произведение коммуникативной дистанции на плотность коммуникации:

инфообмен = дистанция х плотность.

Инфообмен принимает дискретные значения, являясь показателем нахождения объекта на одном из уровней коммуникативного пространства. Всего таких положений получается четыре:

Второй уровень взаимодействия в коммуникативном пространстве: дистанция близкая, а коммуникация глубокая. Называется психологическим, поскольку на первое место выходит обмен сокровенной, личностной, идущей из души информацией (от древнегреч. psyhe — душа). Этот психологический уровень предполагает самые доверительные отношения, поскольку на этом уровне человек удовлетворяет свои интимно-эмоциональные потребности — в любви, дружбе, семье, сопереживании и т. п.

Третий уровень взаимодействия в коммуникативном пространстве: дистанция далекая, коммуникация поверхностная. Называется социальным, так как регулируется общественными нормами, традициями и ритуалами, законодательством, государственными институтами и т. д. Этот уровень коммуникации подчиняет интересы индивида интересам социума, поэтому носит наиболее формальный характер. Объект социальной коммуникации выступает не как уникальная личность, а как представитель того или иного социального сословия или профессиональной группы. На этом уровне человек удовлетворяет свои потребности в карьере, обучении, труде и уважении.

Четвертый уровень взаимодействия в коммуникативном пространстве: дистанция далекая, но коммуникация глубокая. Носит название интеллектуального, или информационного, уровня. Осуществлять глубокую коммуникацию без соприкосновения с другой стороной можно, лишь перенеся весь информационный обмен внутрь себя, в свой мозг. Интенсивно работает при этом память и воображение человека. Только на этом уровне можно обращаться к глубинам своего подсознания и добывать сведения, накопленные поколениями людей, жившими до тебя.

На информационном уровне человек удовлетворяет свои потребности в актуализации, раскрытии своих талантов и способностей, творчестве, познании и самосовершенствовании.

Очень существенно, что описанные уровни не растянуты в линию, а образуют круг, т. е. соединены отношениями смежности и противоположности. Противоположными являются физический уровень и интеллектуальный. Это значит, что они находятся друг к другу в отношении обратной пропорциональности: чем больше человек живет физической жизнью, тем меньше он развивается интеллектуально и наоборот.

Так же исключают друг друга социальный и психологический уровни. Невозможно одновременно заботиться об отдельном человеке (индивидуальный подход) и о целой группе людей (массовый подход). Макросоциум поощряет человека приносить личное на алтарь общественного, а микросоциум, например его семья, хотел бы противоположного: чтобы близкий человек больше времени проводил дома. Причем пропорция 50 % на 50 % означает коммуникативный кризис: состояние колеблющихся „весов" очень болезненно, ведь оно значительно затрудняет выбор.

Хотя коммуникативные уровни и цикличны, но более удобным и технологичным является изображение их вертикальной иерархии на плоскости. Их соподчинение в коммуникативном пространстве имеет следующий вид:

Интересно отметить, что попытки упорядочить коммуникативное пространство предпринимались уже издревле. По философской системе китайской „Книги Перемен", мир разделяется на три потенциальных слоя: небо — человек — земля. Соционическая система координат четырехмерна, поэтому усложняет мир еще на одну ступеньку:

небо — социум — человек — земля 
инфо      социо          психо       физио

Система дифференциальных признаков Юнга

В коммуникативное пространство помещена личность человека, взаимодействующая с другими личностями на всех коммуникативных уровнях. Уделяя равное внимание и индивиду, и окружающей его среде, необходимо построить четырехмерную структуру самой личности.

Впервые такую модель предложил К. Г. Юнг в своей работе „Психологические типы" [б]. Чисто теоретически подобных моделей с базисом 4 можно построить больше тысячи. Важно, чтобы она была удобна для практического применения. Это как раз и удалось Юнгу, так как его теоретические построения велись параллельно с их практической проверкой.

Итак, система дифференциальных (различительных) признаков Юнга представляет собой набор из четырех дихотомических шкал. Она может быть представлена в виде следующей схемы: всех четырех признаков на разных уровнях коммуникативного пространства.

Первая задача является предметом соционической диагностики — идентификации социотипа личности, а на решение второй направлены усилия дескриптивной (описательной) соционики. В данной статье я продемонстрирую подход ко второй проблеме — опишу проявления юнговских шкал на четырех уровнях коммуникативного пространства.

УСТАНОВКИ НА ВИД ДЕЯТЕЛЬНОСТИ

Очень важным моментом в определении социотипа является диагностика установки на вид деятельности. Можно выделить четыре таких установки, образующихся путем пересечения юнговских шкал „логика — этика" и „сенсорика — интуиция":

1. УПРАВЛЕНЦЫ — эта установка формируется в человеке, если в его социотипе сочетаются признаки: сенсорика и логика. Управленцы тверды и организованны в работе, реалисты во взглядах и поступках. Отвергают всякого рода фантазии. Реализм управленцев дополняется отчетливо выраженным прагматизмом. Увлекаются управленцы обычно тем, что предметно, физически ощутимо. Обычно это техника, активный отдых, спорт. И литературу они читают

соответствующую (если им привили вкус к чтению с детства). А вообще-то гуманитарная подготовка управленцев оставляет желать лучшего. В эмоции и отношения они не вникают: делают ставку на прагматический расчет, наличие ресурсов, а также на свой опыт и имеющиеся технологии. К представителям управленческой установки относятся Администратор, Маршал, Мастер и Инспектор. Сенсорность придает управленцам заземленность и реализм, а логика — хладнокровие и расчетливость.

2. СОЦИАЛЫ — сочетают признаки этики и сенсорики. Настроены на неформальные связи, радости жизни. Прекрасно чувствуют повседневные нужды людей. Настроены на групповое взаимодействие, удовлетворение текущих физических потребностей человека — в еде, отдыхе, общении и т. п. Социальная заботливость — их характерная черта. Социалы в силу своего коллективистского духа нередко тянутся друг к другу, создают теплые компании, где отдаются страсти душевного общения. Они очень демократичны по своей природе, неплохо чувствуют ситуацию. В социальных группах идет интенсивный обмен житейской информацией, светскими новостями: кто в кого влюбился, где что лучше купить, как отдохнуть и т. д. Деловая направленность в смысле „общественное выше личного" уходит у социалов на задний план. Вся их деловитость ограничивается кругом хороших друзей и родни. Они очень ценят семью, домашний очаг. Чувственное для социалов стоит выше идеалистического, поэтому они редко попадают в категорию приверженцев „платонической любви". Житейские радости и уютное обустройство в этом мире — вот те формы, в которые облекается их социальная активность. К представителям социальной установки относятся Энтузиаст, Политик, Посредник и Хранитель. Сенсорика настраивает социалов на прагматизм, а этика наделяет их эмоциями и волнениями.

3. ГУМАНИТАРИИ — люди, в социотипе которых объединены признаки интуиции и этики. Это люди страдальческого стиля: их мысли направлены на несовершенство жизни, печальную судьбу талантливых людей, поиски совершенства и душевной гармонии. Гуманитариев вы отличите по особому душевному настрою, связанному с переживанием человеческих несовершенств. Все они в той или иной степени пессимисты, хотя и пытаются заглушить в себе тревожные предчувствия. Им нередко снятся вещие сны, которые предвещают неожиданные события и перемены в обыденном течении жизни. Гуманитарии в отличие от более оптимистичных и демократичных социалов не обладают духом коллективизма. Они предпочитают либо обособленное общение с кругом избранных, либо выступления перед большими аудиториями людей. Этот своеобразный аристократизм духа делает их загадочными и непонятными. Этому способствуют и увлечения гуманитариев, окрашенные в религиозные, мистические, морализаторские тона. Несмотря на их житейско-социальную непрактичность, люди обращаются к ним в трудных нравственных ситуациях. Гуманитариям свойственен особый психологизм и способность сопереживать человеческому горю. Причем страдают гуманитарии не столько по поводу конкретного человека, сколько по поводу общечеловеческих проблем. Отсюда вытекают их нравственно-мировоззренческие искания, сомнения и колебания. Носителями гуманитарной установки в социуме являются Наставник, Советчик, Лирик и Гуманист. Интуитивность делает гуманитариев возвышенными, мечтательными людьми, а этичность — эмоционально тонко переживающими личностями.

4. САЙЕНТИСТЫ (от англ. science — наука) — соединяют в себе интуицию и логику. Эта установка связана с научно-исследовательской направленностью людей. Носители этой установки превыше всего ставят не пользу, не гуманность, а объективную истину, добытую разумом. Сайентиста среди других людей вы отличите по его стремлению заниматься тем, что непознано, необычно, пусть оно и не обещает ощутимой отдачи в будущем. Сайентиста влечет любопытство, желание раскрыть тайны мироздания и изложить их научным языком, например, сформулировать как точный закон. Присутствие прагматизма и „житейской мудрости" несовместимо с установкой на фундаментальную науку. Сайентистам присуще желание постоянно экспериментировать и нежелание пользоваться проверенными, хорошо отработанными методами. Сайентист то и дело что-то придумывает и, если есть такая возможность, экспериментально проверяет свои идеи и изобретения. Его привлекают общие принципы, а не их конкретное использование. Другой надежный признак сайентистов — их житейская непрактичность, игнорирование бытовой, социальной стороны жизни. Настоящий сайентист может с упоением спорить о проблемах интересующей его науки, забывая о еде и питье. Научные дискуссии всегда демократичны, открыты. Представители этой установки не уважают иерархии, регалий, авторитетов. Поиск истины — вот критерий, которым они пользуются, когда дают свои оценки человеку. К представителям научно-исследовательской установки в социуме относятся Предприниматель, Искатель, Критик и Аналитик. Интуитивность делает их прекрасными генераторами идей, нестандартными мыслителями, а логика придает их суждениям убедительность, стройность и завершенность.

ТЕМПЕРАМЕНТНЫЕ ГРУППЫ

Чтобы разбить социон на четыре темперамента, достаточно двух юнговских шкал. Одной шкалой уже воспользовался Айзенк — это экстра/интроверсия. Какую же взять в качестве второй? Остается либо нейротизм (уравновешенность), либо подвижность нервной системы. Строго говоря, обе эти шкалы подходят, так как позволяют

непротиворечиво описать четыре темпераментных группы социотипов. Но мы все же остановимся на шкале „подвижность", потому что среди юнговских шкал она имеет явный аналог. Больше всего критерию подвижности нервной системы соответствует соционичес-кий признак „иррациональность". Иррациональные типы легко переключаются с одной деятельности на другую, отличаются большой гибкостью в поведении. Рациональные же типы имеют инертную нервную систему — с трудом работают в режиме постоянных переключении, в поведении последовательны и надежны. А теперь посмотрим, как выбранные нами шкалы — рацио/иррациональность и экстра/интроверсия — образуют в результате ортогонального пересечения четыре группы соционических темпераментов:

Следовательно, 16 социотипов распределяются по темпераментам следующим образом:

1) холерики, или рациональные экстраверты — Энтузиаст, Наставник, Предприниматель и Администратор;

2) флегматики, или рациональные интроверты — Аналитик, Инспектор, Хранитель и Гуманист;

3) сангвиники, или иррациональные экстраверты — Изобретатель, Маршал, Политик и Советчик;

4) меланхолики, или иррациональные интроверты — Посредник, Лирик, Критик и Мастер.

Охарактеризуем темпераментные группы. Для большей ясности будем также пользоваться дополнительным темпераментным признаком „уравновешенность нервной системы".

1. ХОЛЕРИКИ (линейно-напористый темперамент) — это социотипы, которые отличаются как внутренним, так и внешним беспокойством. Этот темперамент самый неуравновешенный: когда на пути холерического социотипа возникает внезапное препятствие, из-за экстраверсии он не в силах сдержать возбуждение — оно выплескивается наружу. Обойти препятствие ему тоже трудно из-за своей рациональной прямолинейности. Взрывным холерическим темпераментом отличается и нервозный Администратор, и беспокойный Предприниматель, и взволнованный Наставник, и обладающий сильным эмоциональным прессингом Энтузиаст.

2. ФЛЕГМАТИКИ (уравновешенно-стабильный темперамент) — это социотипы, которые спокойны как внешне, так и внутренне. Это самый уравновешенный из всех темпераментов. Интровертная рациональность делает их сдержанными и закрытыми, не отвлекающимися на внешние раздражающие факторы. Это вовсе не означает, что флегматик не способен вспылить. Просто чтобы довести его до такого состояния, надо потратить много сил. Волевой выдержкой отличаются Инспектор и Хранитель, терпеливостью и покладистостью — Аналитик и Гуманист.

3. САНГВИНИКИ (гибко-разворотливый темперамент) — это социотипы, которые беспокойны внешне, но спокойны внутри. Их можно охарактеризовать как среднеуравновешенные. Из-за внешней активности многие их принимают за холериков, но это не так: после вспышек раздражительности они очень быстро успокаиваются. Достаточно переключиться на какой-либо другой внешний стимул, что они и делают благодаря иррациональной экстраверсии. Настоящий же холерик, пока не выплеснет накопившееся раздражение наружу, не успокоится. Без особых последствий ссорятся и мирятся Политик и Маршал, легко переключают свое внимание с раздражающей темы на приятную Советчик и Изобретатель.

4. МЕЛАНХОЛИКИ (восприимчиво-адаптивный темперамент) — это социотипы, которые спокойны внешне,, но беспокойны внутри. Они подобно сангвиникам имеют промежуточное значение по степени уравновешенности нервной системы, сдвигаясь, однако, ближе к полюсу неуравновешенности. Меланхолики — интроверты, поэтому свои внутренние переживания они скрывают под маской спокойствия или, наоборот, оживленности. По этой причине их легко спутать с другими темпераментами. Проблема любого меланхолика — поиск внутренней гармонии, которую так легко разрушить грубыми воздействиями внешних факторов. Меланхолическими депрессиями страдают как оптимистически настроенные Посредник и Лирик, так и пессимисты Критик и Мастер. Их чувствительная нервная система тонко воспринимает несовершенство мира, порождающее страдания, и заставляет прятаться либо за наигранным оптимизмом, либо за подчеркнутым пессимизмом. Подводя промежуточный итог, проиллюстрируем для наглядности особенности описанных темпераментов символическими изображениями, не требующими особых пояснений:

Комментарии Искателя.

Какими методами можно воспользоваться для нахождения своего места на каждой из юнговских шкал? Либо очным интервью, либо заочным анкетированием, либо автодиагностикой. Каждый метод платит за свои достоинства своими недостатками.

Рациональный сайентист (четвертый завершающий, флегматик) предпочитает сам доводить интервью до точного определения типа. Достоинство метода в том, что с самого начала можно делать ставку на Быть, а не на Иметь или Казаться.

Гуманитарии Крегер (первый в клубе, холерик) и Тьюсон (вторая в клубе, сангвиник) предпочитают анкетирование. Достоинство: быстро набирается сопоставимая статистика. Недостаток: не очень ясно, статистика чего — чем американцы предпочитают Казаться или чем они рождены Стать?

Я, иррациональный сайентист Тыщенко (второй в клубе сангвиник) предпочитаю третий вариант. Я, Искатель, начинаю с предложения слушателям заняться автодиагностикой. И предупреждаю: скорее всего, вы диагносцируете то, кем вы Кажетесь себе и другим. Ну и хорошо.

Не торопитесь „пришпиливать" себя или партнера к типу и навешивать ярлык. Неверное самотипирование, если человек способен его проверять и уточнять, гораздо ценнее того, которое предложит спешащий соционик. Надо дать время ученикам и учителям поискать себя с помощью таблиц, тестов, описаний социотипов.

Из четырех основных вопросов Юнга обычно два, а то и три получают уверенный ответ. Тогда на консультацию с социоником выносится один-два вопроса. А главное, не соционик навязывает характеристику человеку, а человек ищет ответы на свои вопросы с помощью соционика. Тип — не приговор. Это роза ветров. Ты будешь двигаться в нужном тебе направлении, но, зная розу ветров, ты будешь делать это успешнее. И вообще, выражение "определил свой тип" — неверно. Каждый из нас — иерархия всех шестнадцати типов-ролей. Определить свой тип — значит найти доминирующий и увидеть всю иерархию. И отношение к любому из этих своих Я может быть двояким: либо ты одержим, раб, либо ты хозяин.

Так что не надо бояться, если человек сначала узнает среди портретов соционических типов, кем он Кажется. Во-первых, умение Казаться необходимо культурному человеку. Бывает, что для решения задачи нужен человек определенного типа, но его среди вас не оказалось. Тогда кто-то должен взять его дело на себя. Умение Казаться вам пригодится также тогда, когда надо поставить себя на место партнера, попытаться увидеть ситуацию его глазами. Наконец, педагогу умение Казаться необходимо для того, чтобы научиться разговаривать с „группами риска" (рационалу с иррационалами, экстраверту с интровертами, логику с этиками, интуиту с сенсориками и т. д). Казаться плохо тогда, когда это означает двуличие, лицемерие, коварство, обман иди же упущенное призвание. Во-вторых, для соционика способ Казаться — важный диагностический признак. Если человек кажется себе Предпринимателем (первый в клубе сайентистов), предложите ему порешать сначала исследовательские задачи с сайентистами, а потом коммуникативные с социалами (Предпринимателями часто кажутся себе Энтузиасты). Тогда он на деле почувствует, какая роль его истощает, а какая питает энергией.

Как человек находит свой способ Быть, для которого он рожден? Да так же, как призвание-судьбу. То самое призвание, от которого он не устает, благодаря которому он утром охотно идет на работу, а вечером охотно возвращается к жене, детям, родителям.

У Юнга этот идеал связан с осью Эго—Самость человека в четвертой четверти жизни. В первой четверти человек формируется, во второй адаптируется, приобретает профессию и семью — это ролевые стадии, после кризиса середины жизни он либо ломается, либо идет в поиск себя любой ценой (меняет и профессию, и семью, и страну проживания, и привычный стиль поведения). Если человек идет от Казаться к Быть, то и соционику стоит последовать за ним. Вот почему я предпочитаю такую стандартную последовательность определения социотипа учащихся.

1. Сначала, пустив по группе основную таблицу (клуб — темперамент), предложить вписать свои имена в наиболее подходящие на первый взгляд клеточки (можно более чем в одну).

2. После того как некоторые из взрослых и детей разобрались со своим типом сами, приступим к более систематической работе с классом. Сядем вместе с учителем, психологом и начнем искать ответы на юнговские вопросы.

2.1. Как дети собирают информацию? Это поможет различить S-сенсориков и N-интуитов (сенсорики лучше ориентируются в видимом, ощутимом мире, здесь и сейчас; интуитов более интересует невидимое, скрытое, прошлое, будущее).

2.2. Кого более интересуют реальные результаты поступков, кого — намерения? Это поможет различить Т-логиков и F-этиков. Два различных способа принятия решений. Между прочим, логики любят поспорить, этики больше дорожат хорошими взаимоотношениями.

И не торопитесь двигаться дальше. Из уже полученной информации можно извлечь (для новичка) невероятно много. Она поможет нам:

А. Разбить класс на четыре клуба по профессиональной ориентации: будущих ученых NT, будущих гуманитариев NF, будущих управленцев и инженеров ST, будущих социалов (практика межчеловеческих отношений) SF. Не беда, если ошибетесь. Вы дадите группам задания четырех типов, и тот, кто сел не в свои сани, почувствует себя неуютно.

Если человек сел не в свои сани — это не приговор. В той же науке управленец Маршал может найти себе место в администрации, социал Посредник — в снабжении лабораторий, гуманитарий Гуманист — в охране психологического климата коллектива от разлагающих воздействий. Но беда, коль пироги начнет печи сапожник. Если Маршал попытается решать проблемы Советчика, Советчик возомнит себя Маршалом — будьте бдительны. Как бы не получить сапоги всмятку.

Б. Ввести схему проблематизации: SNTF. На уровне всего класса, отношений между четырьмя профклубами это означает, что S-сенсорики лучше опишут проблематизирующие факты, N-интуиты предложат пучок вариантов решения, Т-логики проанализируют их предложения на логичность, последствия, F-этики займутся эмоциональными отношениям людей к принимаемым решениям.

В. Различить детей, увереннее чувствующих себя в мире вещей (сенсориков) и в мире идей (интуитов). Первых нужно хвалить за практичность и предостерегать от бездуховности, вторых нужно хвалить за духовность и предостерегать от беспочвенности. Обе стороны нужно учить не презирать друг друга, а усиливать сотрудничеством.

Можно мимоходом заметить (учителям, родителям), что бизнесом в США заправляют Т-логики, а в Японии — F-этики. И предложить детям решить, к какому полюсу ближе российские бизнесмены. И если все-таки к этическому, то наши попытки реформировать Россию по западному образцу опасно односторонни. Производство идей и людей нам должно даваться лучше, чем рациональные технологии производства вещей. Инвестиции нужно направлять в образование и выходить на мировой рынок с образовательными инновациями, в том числе технологиями.

Нужно накопить удачный и неудачный опыт групповой работы. Дайте набор заданий и предложите разбиться на группы. Заметьте, как себя поведут группы с четным и нечетным числом членов. Присмотритесь к распределению ролей в группах. Кто начинает? Кто завершает решение? Кто в промежутке между зачинателями и завершителями? Кто отсиживается за спинами других? Кто актив, кто оппозиция, кто пассив, болото? Не изменится ли это деление со сменой задания? Дайте задание, которое ввело бы соревновательность между группами.

По мере накопления опыта внутриклубных и межклубных отношений возникает вопрос: как распределились роли внутри клубов, и можно ли их перераспределить более эффективно. Значит, пришло время искать ответ на два остальных юнговских вопроса:

2.3. Куда ребенок направляет свою энергию — преимущественно на окружение (Е-экстраверт) или на самого себя (1-интроверт)?

2.4. План и режим ему скорее помогают (J-решаюший, или рациональный тип) или скорее мешают, так как он предпочитает поступать по ситуации и настроению (Р-воспринимающий, или иррациональный тип)?

EJ — напористые холерики. У входа в каждый из четырех клубов вы найдете чаще всего именно их. На выходе из клуба вы найдете IJ — устойчивых флегматиков. Между ними — гибкие сангвиники ЕР и чувствительные меланхолики IP.

Эта информация поможет вам сначала понять, что в группах происходило, а потом — как происходящим управлять. Вы и ваши дети сможете на осмысленном опыте понять, что хорошо сочетаются в группах холерики с флегматиками, меланхолики с сангвиниками, терпимо — холерики с сангвиниками, флегматики с меланхоликами и несовместимы — холерики с меланхоликами, сангвиники с флегматиками (чтобы эту несовместимость снять, прибавьте дуалов либо тех, либо других). Что касается однородных групп, то хуже всего уживаются друг с другом холерики, легче всего сангвиники, остальные — между этими полюсами.

Методическое примечание: ответив (пока еще с невысокой степенью достоверности) всего на четыре вопроса, вы уже умеете разбивать класс на группы и в группах распределять роли при выполнении заданий. В скрытом виде вы уже определили 16 типов (для этого достаточно построить таблицу, в которой по горизонтали будут обозначены четыре клуба, а по вертикали — четыре темперамента). Но типы еще не наименованы. Тем более не наименованы отношения между ними. И не торопитесь именовать. Не бойтесь приписывать человеку несколько типов. Но и не сдерживайте забегающих вперед. За ними потянутся остальные. Однако и не затягивайте: рано кормить, если не появился голод, поздно (и вредно) кормить, если аппетит пропал.

Ответы на эти вопросы лишь уменьшат число незнающих своего типа. Потом понадобятся и развернутые опросники и интервью, которые проведут профессионалы, и опыт работы в различных проф-клубах, квадрах, парах, тройках, пятерках, в исследовательских, воспитательных, рабочих командах и теплых компаниях. И это будет началом пожизненной работы по индивидуации своего типа, поиску призвания, счастья не только Иметь и Казаться, но и Быть. Быть для близких и дальних таким человеком, потеря которого невозместима. С более подготовленными и глубже мотивированными пионерами можно попробовать более сложное начало.

Разобьем четыре юнговских вопроса на подвопросы, понятные детям. Накопите побольше портретов ребенка с различных точек зрения: с его собственной, его одноклассниц, его одноклассников, всех имеющих с ним дело учителей и воспитателей, родителей. Вы обнаружите, что в разных компаниях он ведет себя по-разному. Теперь перед вами и перед ним встанет проблема, которую он будет решать всю жизнь: за какими ролями кроется его будущее призвание (донор энергии) и какие роли у него энерговампиры? Сыграть можно любую роль. Но пренебрежение основной ролью (экзистенцией, личностью) никогда не проходит безнаказанно.

Проделав всю эту работу, вы построите полную соционическую карту класса (как это делает Аналитик — описано ниже), на которой покажете всю сеть отношений между детьми, между детьми, родителями и учителями, все потенциальные квадры, клубы, квадраты, букеты, кольца ревизии и заказа, мутации и селекции, все пары, тройки, четверки, пятерки, шестерки, семерки, восьмерки, стили обучения, группы риска [35]. Это поможет вам, решив проблему устранения безделья, проблему развития каждой группы и каждого ребенка в их собственном ритме индивидуации типа, решать основную задачу образования — обретение призвания. Это единственный путь к размораживанию великой энергии, которая в нас пропадает зря и периодически прорывается разрушительными взрывами.

Знак опасного поворота: если психолог и учитель поддались соблазну сделать всю эту работу не вместе, а ВМЕСТО учащихся (ибо они делают ее медленно и плохо), пусть не удивляются, если учащимся она покажется игрой, которая быстро надоест.

3. По мере того как после занятий подходят желающие получить индивидуальную консультацию, я выясняю, какой из четырех выборов был наиболее труден и сомнителен. Даю прочесть описание четырех функций по четырем уровням. После этого они могут проверить себя по цифровому тесту (см. ниже). Иногда думают, что еще более достоверные результаты можно получить по опросникам, включащим в себя десятки вопросов, особенно если там можно подсчитывать баллы. Я лично из всех опросников предпочитаю цифровой. Для получения рабочей гипотезы — достаточно. А ПРОВЕРЯТЬ ее лучше, пытаясь индивидуально и в группе решать задачи. Попробуйте себя во всех четырех клубах и на всех четырех местах в каждом из них.

— А если наша учительница не работает с малыми группами?

— Посмотрите на свою жизнь как на эксперимент по самопознанию. Она распадается на два типа поведения: первый — по привычке. Бессознательный. Второй — когда привычки не срабатывают („ботинок почему-то не налезает на ногу"), когда нужно остановиться, оглянуться, придумать программу, которой у вас еще не было. Если вы эту программу ищете в одиночку, присмотритесь, как вы принимаете решения: логически или этически? Как вы собираете необходимую для решения информацию — сенсорно или интуитивно? Куда вы направляете свою энергию — вовне или вовнутрь?

Как вы реализуете решение — по плану или по ситуации и настроению? И вы получите информацию о своем типе гораздо более достоверную, чем из заполнения анкет. Если вы ищете программу вместе (например, как по-новому встретить в компании Новый год?), те же вопросы отнесите к разделению труда внутри группы: кто за что берется и у кого что лучше получается.

4. Уточнив тип, прошу выбрать подтип. Например, Гуленко не просто Аналитик, он интуитивный (инициальный) Аналитик, т. е. Замышляющий, а не Систематизирующий. Я — логический, инициальный Искатель, т. е. не Изобретающий, а Извлекающий. Полезно бывает предложить „выбор из четырех" — два подтипа того типа, которым человек Кажется (например Предпринимателем), и два подтипа того типа, которым, по соционике, любит Казаться (например Энтузиаст). Если человек загорается и начинает примерять к себе сразу все 16 портретов, предупредите: найдешь в себе кое-что ото всех и ни на одном не остановишься. Если „я окончательно запуталась", посоветуйте „проспаться". И поясните: у вас информационная перегрузка. Во сне информация укрупнится, и утром на свежую голову вы вернитесь к самопознанию.

5. После этого даю прочесть, какие профессии не рекомендуются и какие рекомендуются этому типу.

6. Далее даю прочитать рекомендации по совершенствованию социотипов. Они составлены по схеме: комплименты двум сильным, основным функциям и предостережения по поводу неправильного отношения к двум слабым функциям (они слабы, если их употреблять не по назначению: Казаться вместо того чтобы Быть. Но они сильны, если их употреблять по назначению — для общения со своими дуализаторами. Их можно подать в такой форме: если вы общаетесь с вашим мужем или женой, вашими родителями или детьми, вашими учителями или учениками — сочетайте Удары по недостаткам и слабым функциям с Поддержкой достоинств и сильных функций.

7. После этого называю на выбор философов двойников (усилителей — членов того же клуба) и философов дуализаторов (их пятеро: все представители дополнительного клуба, кроме тождественных по темпераменту, и все представители дополнительного темперамента, кроме тождественных по клубу). Называю также двойников и дуализаторов (усилителей и исцелителей) среди членов группы. Все это требует примерно четверть часа. Запуск состоялся.

ГРУППЫ ВОСПРИЯТИЯ

Традиционные требования, которые мы предъявляем своим детям, навязаны нам во многом системой воспитания, сложившейся в нашей стране. Что греха таить: если ребенок наш начал приносить из школы сплошные "неуды", мы, отчитывая его за них, порой сами теряемся в определении причины такого неблагополучия. Чаще всего причину можно отыскать в особенностях восприятия детьми окружающей информации.

Первая группа социотипов — группа с преимущественным АУДИАЛЬНЫМ каналом восприятия. В нее входят рациональные, интровертные, т. е. не отличающиеся внешней активностью, типы. Это Инспектор, Аналитик, Хранитель, Гуманист. В принципе, только от представителей этой группы можно требовать дисциплины, скажем, во время объяснения учителем в классе нового материала, поскольку, как следует из сказанного, они легко воспринимают информацию на слух. Хотя и внутри этой группы есть свои отличия. Ведь слух может быть семантическим, или смысловым (что сказал человек), а может быть и эмоционально окрашенным (как сказал). К первой категории относятся Инспектор и Аналитик, мало обращающие внимание на состояние говорящего. Другое дело — Хранитель и Гуманист. Для них получение информации от слишком эмоционально говорящего может стать проблемой: в какой-то момент восприятия наступает критическая точка, после чего происходит процесс эмоционального сглаживания, затрудняющий смысловое восприятие.

У следующей группы социотипов основной канал восприятия — ВИЗУАЛЬНЫЙ. К ней относятся два экстравертных типа — Советчик и Искатель, и два интровертных — Критик и Лирик. Определить представителя этой группы довольно легко в момент восприятия информации. "Визуальщик" склонен выделять получаемую информацию разного рода подчеркиваниями, цветовыми оформлениями и т. д. Кстати, зрительное восприятие наиболее информативно, поэтому среди этой категории людей особенно много любителей чтения, а интуитивно-логический тип — Критик — из 16 типов самый энциклопедически подготовленный. Искатель — Альберт Эйнштейн — пример великого ученого, совершившего открытие (теория относительности), не поставив при этом ни единого эксперимента. И если ваш ребенок принадлежит к этой группе социотипов, не злоупотребляйте, занимаясь с ним, слуховым прорабатыванием текстов, пусть лучше он сам прочитает книгу или учебник.

КИНЕСТЕТИЧЕСКИЕ типы лучше воспринимают информацию тогда, когда движутся, манипулируют предметами и вовлечены в практику. К ним относятся Маршал, Политик, Мастер и Посредник. Вы их отличите в классе и дома в первую очередь по тому, что они имеют привычку перекладывать предметы с места на место. Сидеть же на уроке, не шелохнувшись, для них непосильное мучение. Здесь лучший способ освоения ими нового — „дать им это сделать". Поэтому для данной группы обучение обычно рекомендуют проводить через игры азартного характера, где надо много двигаться, где необходимо постоянное переключение с одной формы обучения на другую. Таких детей называют детьми гибкого темперамента. Им необходимо постоянно менять стиль своего поведения, знакомиться с большим количеством предметов и людей. И неслучайно, скажем, Политик — это первый нарушитель дисциплины в школе. Все призывы учителей к дисциплине зачастую с его стороны воспринимаются с возмущением. Замечу, по-своему вполне обоснованным. Впрочем, не меньше, чем Политикам, от учителей достается Маршалам. Во многом — за желание во что бы то ни стало, любыми средствами, добиться своего, за умение манипулировать людьми и т. д.

Последняя группа ориентирована на РЕЧЕВОЕ ВОСПРИЯТИЕ. Для социотипов, входящих в нее (Энтузиаст, Предприниматель, Наставник, Администратор), важно оспаривать, обсуждать получаемый материал. Не случайно, скажем, Наставники отличаются большой восприимчивостью к языкам. Все представители этой группы (Энтузиаст в большей, Администратор в меньшей степени) — большие любители поболтать. "Ставить ли им запреты на это?" — вопрос, который я адресую читателю. В целом же Энтузиаст и Администратор из этой четверки, пожалуй, самые покладистые в плане обучения. Присущий им рационализм плюс хорошая зрительная память позволяют этим типам ладить со школьной дисциплиной. Хотя и здесь есть свои нюансы. Для Энтузиаста, например, важно, чтобы человек, преподающий предмет, был ему по душе (этический момент). Администратор в этом смысле больший прагматик. Получаемая им информация привлекает его той пользой, какую она способна принести, но уж никак ему не интересна личность преподавателя, передающего ее.

Но различия между социотипами, которые мы определили в процессе освоения ими учебного материала, оказывается, проявляются и на разных временных отрезках обучения. Так, в начальный период обучения (дошкольный период — начальная школа) обычно большие способности демонстрируют представители кинестетической группы. В средних классах чаще блещут талантами представители уже другой — аудиальной — группы. В старших классах свое берут „речевики". А в вузах, где для лучшего восприятия усложненную информацию желательно схватывать в зрительных образах, приоритет за „визуальщиками". Что же до учителей, то при выборе форм и методов преподавания в том или другом конкретном классе все-таки полезно знать, какая из групп там представлена наиболее полно, а какая, может быть, требует индивидуального подхода.

СОЦИОНИКА И АМЕРИКАНСКАЯ ТЕОРИЯ ТИПОВ

Сопоставим соционику с американской теорией типов. Долгое время соционика в нашей стране развивалась обособленно. Идею о шестнадцати типах людей Аушра Аугустинавичюте почерпнула из американских источников благодаря знакомству с тестом MBTI (индикатор типов Майерс—Бриггс), приведенным в книге Б. Шнейдермана „Психология программирования". С той поры прошло полтора десятка лет, и вот теперь дитя неформальной советской науки встречается со своей далекой американской „мамой".

Переведенные и изданные у нас в 1995—96 гг. книги американских авторов Д. Кейрси и М. Бейтс, О. Крегера и Дж. М. Тьюсон, П. Д. Тигера и Б. Бэррон-Тигер [57; 3; 5] позволяют мне сопоставить американскую теорию типа (type theory) с нашей соционикой. Хотя исходная теоретическая база — идеи К. Юнга о психологических типах — у обеих типологий одна и та же, но содержание, а также язык новой науки во многом различаются.

Более того, если мы, соционики бывшего СССР, претендуем со всей серьезностью на право называться самостоятельной наукой или даже считаем, что строим новую научную парадигму, то американские приверженцы типологии ограничивают поле действия своей теории типов людьми и их коллективами и поэтому удовлетворяются, с моей точки зрения, интеллектуально слабым самоназванием type watching — наблюдение за типами.

Американскую теорию и практику изучения человеческих типов я буду называть типоведением — так перевели на русский язык термин типонаблюдение переводчики трилогии О. Крегера и Дж. М. Тьюсон, посвященной общему знакомству с типами людей и их особенностям в сфере бизнеса и отношений между мужчинами и женщинами.

Дифференцирующие признаки

Юнговских признаков, различающих (дифференцирующих) типы, всего четыре пары. Соционики любых школ активно ими пользуются как в теоретических статьях, так и в прикладной деятельности, в частности, для типодиагностики. Однако петербургский соционик Г. Рейнин математически доказал, что равноправных признаков, дифференцирующих один тип от другого, существует не менее 15 пар [8].

К примеру, мы, кроме юнговских признаков, активно привлекаем многие другие признаки из списка Рейнина. Некоторые из них уже хорошо обкатаны практически, а именно: статика/динамика, левость/правость, центральность/периферийность, аристократизм/демократизм. Американским специалистам они неизвестны.

С названиями признаков положение становится все запутаннее. Американцы отказались от введенных Юнгом терминов рациональность/иррациональность, заменив их делением на судящих/воспринимающих. Аушра же, адаптируя типологию к нашим условиям, отказалась от названия мыслительные/чувствующие, отдав предпочтение логике/этике.

Переводчики книги П. Д. Тигера и Б. Бэррон-Тигер окончательно затянули узел, когда мышление/чувствование перевели как рациональность/иррациональность. Не зная первоисточника — работы Юнга „Психологические типы", — они, видимо, из благих побуждений „угодили" читателю так, что он, прочитав Юнга, будет теряться в догадках, чем же отличается рациональность от мышления, а иррациональность от чувствования.

Следующая проблема, которая сразу же встает перед желающими освоить соционику, касается формальных обозначений признаков. В США признаки Юнга принято обозначать буквами. Экстраверсия — Е, интроверсия — I, мышление — Т, чувствование — F, сенсорность :— S, интуитивность — N, рациональность — J, иррациональность — Р. В соционике юнговским признакам особые обозначения не присвоены.

В то же время соционика не меньше, чем юнговскими признаками, оперирует коммуникативными аспектами (логика структурная и деловая, этика отношений и эмоций, сенсорика ощущений и силы, интуиция времени и возможностей), которые отсутствуют в американском типоведении. Аспекты получаются от расщепления юнговских функций надвое — на динамическую и статическую части. Американцы этого делать не умеют.

Коммуникативные аспекты имеют две параллельных системы обозначений. Первая из них идет от коллег Аушры, один из которых использовал геометрические значки — треугольник, круг, квадрат и угол черного и белого цвета. Позже я предложил буквенные обозначения аспектов, так как это намного удобнее и, кроме того, идет в русле научной традиции. Американские буквенные обозначения признаков мне не были тогда известны.

Некоторые буквы, к сожалению, совпали, и родилось еще одно неудобство. Буквой F я обозначил силовую сенсорику, но эта же буква у американцев обозначает признак "чувствование". Буквой I я обозначил интуицию возможностей. Американцы этой же буквой обозначают интроверсию. Буква Т у меня служит для обозначения интуиции времени, а в типоведении — для признака "мыслительность".

Хочу заметить, что буквенные обозначения были взяты мною отнюдь не произвольно. Каждая буква, обозначающая тот или иной коммуникативный аспект, имеет свою расшифровку. При этом я стремился, чтобы моя символика органично вписывалась в семантику общенаучных символов, таких как информация, время, энергия, сила, мощность и т. п. Вот восемь универсалий — аспектов коммуникации:

Е — динамическая этика, или этика эмоций. Обозначается по первой букве латинского слова „emoveo" — волную, колеблю.

R — статическая этика, или этика отношений. Обозначается по первой букве латинского слова „relatio" — отношение.

р __ динамическая логика, или логика дела. Обозначается по первой букве латинского слова „profiteor" — совершаю полезные действия.

L — статическая логика, или логика структуры. Обозначается по первой букве латинского слова „logos" — закономерность, правило.

S — динамическая сенсорика, или сенсорика ощущений. Обозначается по первой букве латинского слова „sensus" — ощущение.

F — статическая сенсорика, или сенсорика силы. Обозначается по первой букве латинского слова „factor" — воздействующий, влияющий.

Т — динамическая интуиция, или интуиция времени. Обозначается по первой букве латинского слова „tempus" — время.

I — статическая интуиция, или интуиция возможностей. Обозначается по первой букве латинского слова „intueor" — усматриваю, проникаю взором.

Наименование типов

Типы могут образовываться двояко: как комбинацией юнговских признаков, так и комбинацией коммуникативных аспектов, причем последний прием доступен соционике, но не типоведению. Поэтому разнобой на уровне элементарных составляющих автоматически переходит на уровень самих типов. Хаос нарастает.

Американские обозначения только четырехбуквенные, наши же — трехбуквенные, если имеется в виду тип как комбинация юнговских признаков, и двухсимвольные, если имеется в виду тип как комбинация коммуникативных аспектов.

Например, один и тот же тип обозначается: в типоведении ESTJ, в соционике — ЛСЭ или черным квадратом с белым кругом, а в социоанализе — PS. Четырехсимвольная американская система, давно вошедшая у них в практику, уже конкурирует с нашими более компактными системами.

Еще хуже обстоит дело с наименованиями типов. В США типы обычно никак не именуются, а только буквенно обозначаются. Исключение составляет лишь школа Д. Кейрси, который называет типы главным образом по профессиональному признаку — Изобретатель, Художник, Продавец, Ученый, Педагог, Доверенный, Продвигающий, Вопрошающий, Фельдмаршал, Консерватор, Развлекатель, Архитектор, Журналист, Мастеровой, Администратор, Автор.

В нашей стране, к сожалению, получила хождение неэтичная система псевдонимов, когда тип называется фамилией того или иного знаменитого человека (Дюма, Горький...) или даже литературного персонажа, киногероя (Дон Кихот, Штирлиц...). Некоторые соционики [55] упорно держатся за псевдонимы, не считаясь с наметившейся тенденцией перехода к функциональным наименованиям.

В 1989 г. я предпринял первую в среде социоников попытку ввести в обиход функционально-мотивированную систему наименований, которая была бы удобна для практики управленческого консультирования и профориентации [25]. Она теперь верно служит мне при чтении лекций, проведении обучающих семинаров и тре-нингов. Последовательно она изложена в моей книге „Менеджмент слаженной команды".

Поскольку ряды социоников разрознены, а некоторые из них явно враждебно настроены к другим школам, то собственные системы наименований будут появляться и впредь. Есть два пути выхода из этого тупикового состояния. Либо соционики сумеют договориться между собой, как это сделали в аналогичной ситуации ученые-химики на международном конгрессе в Карлсруэ в 1960 г., либо в результате естественного отбора победят одна-две системы. Первый путь для нашей науки, вероятно, предпочтительнее.

Модели типов

Составные части типа (дифференцирующие признаки или же коммуникативные аспекты) принято располагать в определенном порядке, что приводит к построению схем. Такие схемы называют моделями. Они имеются и в соционике, и в типоведении.

Разница заключается в том, что соционические модели (например модель А) составляются из коммуникативных аспектов, а американская модель — из юнговских признаков. А в итоге эти две модели трудно совместить. В наших моделях обычно восемь позиций, а в американской лишь четыре.

Еще одно существенное различие. Порядок нумерации функций в модели также не совпадает. Возьмем для примера два зеркальных типа — интуитивно-логического экстраверта и логико-интуитивного интроверта. Какая функция у них является ведущей? Соционик ответит, что у ИЛЭ ведущая функция интуиция, а у ЛИИ — логика. Типовед же ответит так: у обоих типов ведущая функция интуиция, только экстраверт ИЛЭ ее экстравертирует, а интроверт ЛИИ интровертирует.

Иными словами, иерархия функций у этих различных типов совпадает, а именно: основная функция — интуиция, вспомогательная — мышление, третья функция — чувствование, четвертая — сенсорность. Разница в том, что у первого интуиция экстравертна, а у второго интровертна. Это противоречит соционике, согласно которой у обоих типов интуиция экстравертна, только занимает различные позиции в модели.

Типоведы остаются в трактовке модели непоследовательными. Они ничего не сообщают, как быть с экстраверсией/интроверсией третьей и четвертой функций. Поэтому точно такая же проблема возникает с определением и самой слабой функции. Она должна занимать четвертую позицию. Тогда следует, что у ИЛЭ и ЛИИ слабейшая функция — сенсорность. В соционике это не так. У ИЛЭ самой слабой функцией считается чувствование.

Типоведческая и соционическая модели сильно различаются конфигурацией. Американская модель по сути линейна, она представляет собой просто последовательность четырех функций, убывающих по силе. Соционическая модель — это соединение двух колец функций, которые на плоскости размещаются одно над другим.

Кроме того, модель А состоит из блоков — пар функций. Таких функциональных блоков выделяется четыре (Эго, Суперэго, Ид, Суперид). Благодаря этому соционика может моделировать четыре функциональных режима в каждом типе. Социоанализ, например, рассматривает два различных темпераментных состояния типа, а также заложенные в типе две установки на вид деятельности, которые компенсируют друг друга при переходе с одной коммуникативной дистанции на другую.

Типоведение также обращается к динамике типа, привязывая ее к постепенному развитию функций на протяжении четырех отрезков жизни человека. Однако подобная макродинамика плохо передает изменения в поведении человека в различной обстановке. Социоанализ больше интересуется микродинамикой — переходами типа из одного функционального состояния в другое в силу внутреннего ритма, а также под воздействием внешних причин [30].

Следовательно, и в изучении динамических процессов соционика и типоведение пошли различными путями.

Малые группы

По изученности малых групп (три-четыре человека) положение складывается явно в пользу соционики. В литературе по типоведению мы находим лишь один класс малых групп, которые их открыватель Д. Кейрси назвал темпераментами. Это сенсорные иррационалы (темперамент Дионисия), сенсорные рационалы (темперамент Эпи-метея), гуманитарии (темперамент Аполлона) и сайентисты (темперамент Прометея).

В соционике открыт целый раздел малых групп, получивший название групп Рейнина. Их существует свыше 200, но изучена более или менее глубоко лишь их малая доля. В социоанализе наибольшее применение находят шесть групп, образуемых на базисе Юнга (темпераменты, установки на род деятельности, перцепция, коммуникабельность, стимулы и аргументация), прогрессные группы (проектов, внедрения, стрессоустойчивости, экспансии), а также квадры.

Дэвид Кейрси очень специфически трактует понятие „темперамент". Обладатели одного и того же темперамента, по Кейрси, например аполлонийского, очень сильно различаются по своим эмоционально-динамическим характеристикам. Трудно согласиться, что и сдержанный Гуманист, и напористый Наставник, и меланхоличный Лирик, и сангвиничный Советчик обладают одним и тем же типом темперамента. С малыми группами, как свидетельствуют отклики практикующих специалистов, гораздо удобнее и эффективнее работать техниками социоанализа. Открыты законы, регулирующие сменяемость одних групп другими. На их основе мы проводим тренинги, во время которых демонстрируем те или иные технологии коммуникации. Ведется систематическая обкатка малых групп разной направленности. Что же у американцев?

Насколько позволяет судить имеющаяся в нашем распоряжении американская литература, типоведы на своих семинарах разбивают аудиторию на две части и поручают им выполнить одно и то же задание, например, составить список своих денежных трат. По различиям в ответах они делают выводы относительно типологических противоположностей между людьми мыслящими и чувствующими, экстравертными и интровертными и т. д. Представленные наглядно различия в фундаментальных жизненных предпочтениях, по их мнению, дают большой психотерапевтический эффект.

И, наконец, не могу обойти вниманием тот факт, что Майерс— Бриггс, составляя свою таблицу типов, практически очень близко подошли к соционическому подразделению на темпераменты и установки. Вот эта таблица [см.: 5, с. 99]:

Интертипные отношения

Сколько-нибудь систематического рассмотрения интертипных отношении в типоведении, скорее всего, к настоящему времени не предпринималось. Что-либо, хотя бы отдаленно похожее на составленную Аугустинавичюте таблицу интертипных отношений, у американских авторов не встречается. Поэтому судить о группах отношений, шкалах их комфортности и тому подобном на основании их работ мы вообще не можем.

По всей видимости, американцы считают, что между психологическими типами возможны любые отношения. В их книгах я нахожу призывы уважать различие между партнером и вами и на этой основе строить комфортные, благоприятные отношения, к какому бы типу он ни относился.

Единственная дихотомия, с которой они работают. — это отношения между типами, сходными по своим дифференцирующим признакам, и типами противоположных психологических структур. Единства мнений по вопросу о том, какой из этих двух вариантов предпочтительнее для длительного взаимодействия на близких дистанциях, в частности для супружества, не существует.

Изабель Майерс в своей основополагающей работе „Различие дарований" (Gifts Differing) приводит статистику, свидетельствующую о том, что лучше уживаются сходные типы. О. Крегер и Дж. М. Тьюсон утверждают в „Типах людей", что чаще встречаются уживающиеся контрастные пары.

Соционика благодаря Аугустинавичюте владеет понятием дуальности. Тем самым мы становимся на точку зрения тех, кто большую совместимость приписывает контрастным сочетаниям типов. Однако в то же время пары тождественных партнеров дискомфортными и в конечном счете неудачными не считаются.

По-настоящему расхождение возникает с теорией Д. Кейрси, который рекомендует для брачных союзов конфликтные и ревизные отношения. Следуя соционике Аугустинавичюте, данные отношения однозначно являются самыми худшими.

Школа социоанализа еще не разработала окончательно шкалу комфортности интертипных отношений. Вернее, ею предусматривается не менее восьми таких шкал для разных целей и ситуаций общения. От социоаналитика вы получите ответ, что любые отношения могут быть устойчивыми, если соблюдать правила интеграции в диаду. Однако устойчивость конфликтных отношений стоит гораздо дороже, чем устойчивость дуальной диады.

Помимо этого я разработал около двух лет назад концепцию релятивной (отношенческой, относительной) соционики. Она утверждает, что тип психики — понятие относительное. На очень близких коммуникативных дистанциях при длительном времени тесного общения индивидуальные типы людей размываются, зато в той же степени структурируется отношение между ними [24].

На далеких же коммуникативных дистанциях человек находится „в типе", и его отношения с другими типами людей могут быть любыми. При переходе на близкие дистанции вступает в силу коммуникативный стереотип группы, который заставляет человека изменяться в угоду интегрирующему эту группу отношению. В результате люди разных индивидуальных типов ведут себя сходно, их природные психические структуры изнутри группы определить трудно.

В реальной жизни господствуют средние коммуникативные дистанции, поэтому и кажется, что тип то и дело „сглаживается", а после того как давление среды ослабевает, вновь обретает свою выпуклую форму. Иными словами, он все время „пружинит" — то деформируется, то вновь восстанавливается. Причем в деформированном, измененном состоянии он находится чаще, чем в исходном, чистом виде.

Таким образом, можно сделать вывод, что в области взаимодействий между типами соционика ушла гораздо дальше типоведения. Однако реальный прогноз совместимости она также дать не может из-за того, что трудно рассчитать заранее релятивные эффекты, возникающие за счет пружинистой адаптации типа к окружающей его среде (приложение 3).

Опыт типологии в средней школе

Наряд